— А чего! — сказал он воинственно. — Ты мне его сама принесла.
— Да, но я рассчитывала, что сегодня ты будешь трезвым — нам ведь с тобой работать.
Возмущенно фыркнув, Дженкс устроился перед банкой, блестящей липкими янтарными краями.
— Можно подумать, я когда-нибудь был пьян дольше пяти
минут?
С явным нетерпением он извлек из заднего кармана что-то вроде палочек для еды, отработанными движениями накрутил на них меду и отправил в рот. Крылья, пока он глотал, опустились неподвижно, и раздался его довольный смех.
— Черт, отличное бухло! — сказал он с набитым ртом.
Пять минут. Вообще-то правда, но Рекс меня беспокоила.
Кери подошла к мойке и согрела чайник горячей водой из крана. Я считала, что это ненужный этап, только увеличивающий количество грязной посуды, но в чае Кери эксперт. Она глянула на Дженкса, поднявшего палочки высоко над головой и ловящего ртом капли меда. И мед попадал именно туда, куда надо, хотя Дженкс уже начал клониться на сторону.
— Ты можешь поставить это на верхнюю полку? — спросила я в беспокойстве.
Дженкс поглядел на меня широкими, несфокусированными глазами.
— Я, женщина, умею летать. И нажравшись меду, я все равно летаю лучше, чем ты даже трезвая как стеклышко.
В доказательство своих слов он взмыл в воздух, завопил и стал терять высоту. Кери в мгновение ока подставила под него руку, и он захихикал.
— Слушайте, слушайте! — провозгласил он, валяясь у нее
на ладони, потом икнул и пропел первые две строчки «Ты мое
солнышко».
— Дженкс! — прикрикнула я на него. — Слезь с Кери. Смотреть противно.
— Пардон, пардон, — сказал он невнятно, почти падая. —
Черт, какой мед хороший. Малость Маталине отнесу. Ей понравится. Может, немножко сможет поспать.
Явно пытаясь сосредоточиться, он пускал густые и яростные клубы пыльцы, неуверенно опускаясь на стол. Я вздохнула с извиняющимся видом, и Кери улыбнулась, подхватив на руки Рекс, которая на мягких лапках направлялась к Дженксу. Кошка устроилась у нее на руках и замурлыкала.
— Кис-кис-кис, — произнес Дженкс неразборчиво, приземляясь рядом со мной и баночкой меда. — Киска меду хочет? М-меду, да? Хор-рошего…
Жизнь у меня не сахарная, не спорю. Но вот — бывают и светлые моменты.
Кери оперлась на стол, ожидая, пока согреется вода.
— Ты спала последнее время? — спросила она, будто она — мой доктор. — Больше не чихала?
Я улыбнулась — ее забота была мне приятна.
— Нет. Сегодня утром я особенно не спала, но виноват тут не Миниас. — Она приподняла брови, и я спросила: — Как ты думаешь, Тритон еще появится?
Она торжественно и мрачно покачала головой:
— Нет. Какое-то время он с нее глаз не спустит.
Вцепившись пальцами в чашку с холодным кофе, я подумала, что если Тритон покажется, я мало что могу ей противопоставить — учитывая, как она загребла власть над тройным кругом Кери так просто, будто конверт вскрыла. Вспомнив, как сама перехватила круг Тома, я хотела было спросить у Кери, но не стала. Наверняка потому, что я вошла в возникающий круг — только и всего. Ну точно я где-то читала, что это возможно, И мне не хотелось рисковать — что вдруг Кери скажет, что не так все просто.
Напевая «Satisfaction» из репертуара «Роллинг Сгоунз», Дженкс сидел по-турецки перед унциевой баночкой, заливая в себя мед.
— Я тебя прикрою, Рэйч, — сказал он, прекращая петь. — Я
этому демону лабиото…бабиото…лобо… лоботомию сделаю, если он еще полезет!
Я скривилась, когда он рухнул на спину, весело хохоча, потом с громким «Ой!» сел обратно. В мрачном настроении я оторвала полоску теста от пирожного — уже высохшую, но все равно я ее съела.
У Кери от воды пошел пар. Сумев налить воды в чайник с кошкой на руках, она поставила заварку на столе. Дженкс подошел к чайнику враскачку, мельтеша крыльями для равновесия, повернулся к нему спиной и сел с тяжелым вздохом.
— Можно задать тебе вопрос? — спросила Кери, глядя на пустую чашку.
Мне до шести совершенно нечего было делать — только тогда надо было начинать собираться на сегодняшнюю работу, и я, снова закрыв Дженксов мед крышкой, подтянула ногу на стул и обхватила руками колено.
— Конечно, Какой?
С едва заметным намеком на румянец на щеках она спросила:
— Когда Айви тебя укусила, было больно?
Я замерла, а Дженкс — не открывая глаз — забормотал:
— Не-не-не, это было здорово, вампирша постаралась. Черт, до чего же я устал.
Я проглотила слюну и посмотрела ей в глаза:
— Нет. А что?
Она втянула нижнюю губу, прикусила ее — получилось очаровательно. Но Кери стала серьезной.
— Никогда не стыдись того, что ты кого-то любишь.
У меня давление скакнуло вверх:
— А я и не стыжусь!
Воинственность в голосе была вызвана страхом, но Кери ответила не с таким же гневом — а вдруг опустила глаза.
— Я не ищу за тобой вины, — сказала она тихо, — Я…я тебе
завидую. И ты должна это знать.
Пальцы, переплетенные у меня на колене, сжались сильнее.
