Клуб занимал здание, которое когда-то, вероятно, служило театром или концертным залом. Теперь его фасад украшала массивная неоновая вывеска с надписью «ЛАЗУРЬ», будто сложенной из жидкого света. Переливы голубых и бирюзовых оттенков текли по буквам, будто гипнотизируя прохожих. Под вывеской мягкое свечение заливало тротуар, превращая дождевые капли в дрожащие световые искры. Вход в клуб оформляли массивные металлические двери, укреплённые декоративными заклёпками. Над ними светился экран, бесконечно прокручивающий рекламные ролики: танцующие силуэты, всполохи голографических декораций, анонсы грядущих вечеринок. Здесь, в отличие от остального города, было относительно спокойно — то ли из-за присутствия Красных Фурий, то ли потому, что посетителям клуба были дела важнее, чем уличные беспорядки.
Подъехав к входу, Дейн заглушил квик-байк, поёжился от холода и сырости, стряхнул с рукава капли дождя и двинулся к двери. У стойки приёма оружия стояли две женщины в тёмно-красных плащах. Обе высокие, с хищными чертами лиц, подчёркнутыми имплантами: металлические пластины на скулах, светящиеся линии аугментаций, уходящие под одежду. Одна, постарше, лениво привалилась к стене, наблюдая за посетителями с нескрываемой скукой. Вторая, моложе, раз за разом сжимала и разжимала пальцы кибернетической руки, словно проверяя механику.
Заметив Дейна, старшая приподняла бровь, усмехнулась.
— Гляньте-ка! Валькир, подруби скан — вдруг он с иголкой.
Младшая активировала встроенный в глаз сканер, и её зрачки на секунду вспыхнули красным.
— Гладкий.
— Ха, симпатичный фарш, — старшая хохотнула, махнув рукой. — Лады, мальчик, сдай грелку, а то ноги оторву.
Дейн взглянул на Коду, потом на женщин. Он едва уловил смысл фразы, но понял главное — речь о сдаче оружия. Расстегнул кобуру, вынул револьвер и передал его на стойку, следом положил оглушающий пистолет.
— Гля, какой заботливый, — фыркнула Валькир, крутанув оружие в руке. Она прицокнула языком, оценивающе осмотрела ствол и кивнула. — О, серьёзка.
— Плюс-меха, не базарь, — отмахнулась старшая и снова повернулась к Дейну. — На выходе заберёшь.
Она хищно усмехнулась, блеснув в улыбке металлическими зубами.
Дейн молча взял жетон хранения оружия и шагнул к входу, оставляя за спиной их насмешливый смех, похожий на скрежет металла.
Задержавшись на секунду перед дверью, он чуть склонил голову и пробормотал едва слышно:
— Ты хоть что-нибудь понял?
Кода тихо пискнул: "Ни слова!"
Дейн коротко усмехнулся и, покачав головой, шагнул внутрь клуба, оставляя позади шум улицы и угрюмый хохот Красных Фурий.
Клуб «Лазурь» встречал гостей мягким переливом неоновых огней, отражавшихся в зеркальных панелях стен. Свет скользил по полированным поверхностям, преломляясь в стекле и металле, создавая ощущение зыбкой нереальности. Внутри пространство казалось огромным, и не только за счёт его реальных размеров, но благодаря грамотно расставленным световым акцентам. В центре зала простирался большой танцпол, подсвеченный динамическими голограммами, которые вспыхивали и гасли в такт музыке. Толпа двигалась в ритме, сливаясь в единый пульсирующий организм, растворяясь в свете и звуке. Над танцполом возвышалась сцена, где выступала певица — высокая, с идеальной пластикой движений, подчёркнутой аугментациями. Грациозность её тела была доведена до абсолютного совершенства: суставы двигались с плавностью, недоступной обычным людям, а осанка оставалась безупречной в любом положении. Искусственная кожа поблёскивала в свете прожекторов, переливаясь холодными металлическими оттенками, а глаза, светились мягким неоновым блеском. Даже голос звучал не совсем человечески — слишком чистый, слишком идеальный, с легкой вибрацией, пробирающей до мурашек.
Некоторые предпочитали чувствовать музыку на ином уровне. Они подключались к нейроинтерфейсам, встроенным в подлокотники кресел, или использовали портативные девайсы, передающие аудиосигналы напрямую в мозг. Для них звук становился чем-то большим, чем просто мелодия — он превращался в поток ощущений, вызывая эйфорию, лёгкость или даже искусственные галлюцинации. Те, кто уже погрузился в транс, сидели неподвижно, с отрешёнными лицами и застывшими улыбками.
Дейн подошёл к барной стойке, утопающей в мягком голубоватом свете. Стеклянная поверхность отражала блики неоновых ламп, создавая впечатление, будто свет растекается по ней жидкими линиями. За стойкой стояла высокая женщина с короткими алыми волосами, металлические вставки вдоль скул ловили блики, а глаза, неестественно яркие, переливались, сканируя окружающее пространство.
Её правая рука была заменена кибер-протезом — тонкие пальцы, покрытые гравировками, двигались с хищной пластичностью, ловко обращаясь с бутылками и стаканами.
— Чё как? — хрипло бросила она, скользнув по нему оценивающим взглядом.
— Выпить, — коротко ответил Дейн, выложив на стойку несколько солидов.
Барменша кивнула, достала из-под стойки бутылку, наполнила стакан янтарной жидкостью и плавным движением пододвинула его к нему.
