Лейтон остановился рядом. Умай некоторое время смотрел на взволнованную студентку, затем жестом указал на правое крыло этажа. Ванда кивнула, печально следуя за молчаливым товарищем.
– А что, если я просто откажусь выполнять задание? – спросила, будто могла получить ответ, который успокоил бы ее.
Умай снова притормозил. Но в этот раз не обернулся, пошел дальше, поднося коробки к нужной двери. Лейтон опустил свою ношу, а затем бережно принял у девушки и ее коробку. Стоило Ванде передать тяжелые вещи, как она услышала голоса в соседнем коридоре. Двое мужчин спорили, обсуждая нечто связанное с предстоящими мероприятиями.
Один голос она узнала. Кристиан что-то жестко ответил неизвестному собеседнику. Ванда поежилась, услышав, как непривычно холодно звучал его голос. Она слышала приближающиеся шаги. Надеясь остаться незамеченной, прижалась спиной к холодной стене. Машинально толкнула в грудь и Лейтона, загремевшего костями рядом с ней.
– Тихо, – прошептала Ванда, и ей показалось, что умай бросил на нее скептический взгляд.
Она умолкла, наблюдая за происходящим в конце соседнего коридора, освещенного приглушенным светом. Рэйван широким шагом прошел к лестнице. А едва Ванда расслабилась в надежде, что беда миновала, как притормозил. Она задержала дыхание, становясь тенью.
Но Кристиан и не думал оглядываться. Лишь тихо пробормотал проклятия, устало прислоняясь к перилам. Он попытался сжать ладонь в кулак, но в конце концов просто тряхнул ею, будто испытывал боль. Даже отсюда Ванда смогла разглядеть то, что повергло ее в смятение. Его руки… Немедленно припомнилось, как Рэйван удерживал ее в собственном кабинете, когда сила вновь вздумала ее подвести.
Он обжегся? И не сказал ни слова?
Не упрекнул и даже не разозлился тогда. Просто велел убираться. В другой раз Ванда решила бы, что поделом. Зачем пытался поцеловать ее? Оттого и обжегся. Но сейчас, когда считал, что никому не виден, Кристиан не притворялся. И Ванда читала на его лице все, что испытывал некромант в этот момент. Укол совести был слишком чувствителен, заглушая все остальные мысли. Не пошел к академическому целителю, поскольку не хотел выдавать ее? Ведь все прекрасно видели, как перенес в свой кабинет.
– Я никогда не смогу выполнить свое задание, Лейтон, – едва слышно отозвалась Ванда. – Но я должна это исправить.
Она рискнула сделать шаг от стены, но Кристиан уже спускался по лестнице, а ее ощутимо потянули за рукав обратно. Ванда обернулась к умаю, встретившись с его тлеющим взглядом.
– Я должна идти, Лейтон.
Игнорируя ее слова, скелет протянул руку к карману формы студентки. Ванда замерла, не зная чего ожидать от прислужника. Лейтон аккуратно извлек из кармана небольшое зачарованное перо, блеснувшее серебряным наконечником. Затем протянул другую руку, жестом предлагая Ванде вложить в нее свою ладонь. Она с сомнением подчинилась, недоверчиво наблюдая за дальнейшими действиями умая.
Лейтон поднес перо к раскрытой ладони девушки и принялся рисовать на ней черный силуэт некой птицы. Посчитав, что завершил только ему понятное действо, умай отпустил руку Ванды и вернул перо в карман.
– Что это значит? – Она с удивлением рассматривала рисунок.
Конечно же ей не ответили. Лейтон прихватил оставленные на полу коробки и скрылся за дверью, рядом с которой осталась стоять Ванда.
Убеждая себя в правильности принятого решения, оглушенная шумом вечернего города, Ванда брела следом за Ивон по одной из многочисленных улочек. Сегодня Валмир выглядел иначе. А все благодаря разноцветным зачарованным фонарям. Даже темнеющее небо над их головами принимало все оттенки радуги.
Ванда порадовалась, что накинула удобную куртку поверх форменной рубашки. К ардовским подопечным местные жители относились с нескрываемой настороженностью. Нарушать правила академии Ванда не собиралась, конечно же оставаясь в форме за пределами Арда. Но вот никто не запрещал уставом надевать поверх нее личные вещи.
– Смотри, ты только посмотри! – ахнула Ивон, потянув ее за рукав.
Ванда глянула в предложенную сторону, пытаясь увидеть то, что так взволновало подругу. За широким помостом, где играли городские музыканты, находился некий дом. Изящное строение, мягко освещенное обычным теплым светом, утопало в пышной зелени высоких деревьев.
– Что в нем особенного? – обратилась к подруге Ванда, слушая лившуюся музыку.
– Ты точно выросла взаперти, Синхелм, – посетовала Ивон, останавливаясь. – Каждый в Камеладере знает, что именно здесь живет великолепная каэли Делла Орлаг. Даже когда столицу перенесли в Деспин и сам Ламон приглашал ее преподавать в академии искусств при дворце, Орлаг отказалась покинуть Валмир.
– Так она одна из преподавателей Арда? – рассеянно поинтересовалась Ванда, мысленно находясь совсем в другом месте, вдали от праздничной суеты.
