На островах дракона полностью

Путешественнику, равно как и натуралисту, отрадно сознавать, что в нашу эпоху, когда многие склонны полагать, будто все уже изведано, природа хранит еще множество неразгаданных тайн. Недавнее открытие некоторых животных нарушили мирное спокойствие зоологов, уверенных, что животные таких размеров, как окапи, горная горилла или карликовый гиппопотам, не ускользнули от их пытливого ока. Природа приготовила нам еще немало сюрпризов. Мне посчастливилось открыть новый вид антилопы редунки в Камеруне, которая жила в безвестности до 1962 года!

Среди рептилий, бесспорно, наиболее сенсационным явилось открытие комодского дракона — гиганта мира ящеров.

Многие стороны образа жизни драконов до нашей экспедиции были неясны, и мы пытались по мере сил изучить их. После нас на этих островах работала индонезийско-советская экспедиция, в работе которой мы, к сожалению, не смогли принять участие, так как в это время были заняты на Молуккских островах поисками удивительной светящейся рыбы — еще одной чудесной загадки живой природы этих краев.

Комодский дракон не единственная достопримечательность Малых Зондских островов. Расположенные в стороне от воздушных и морских столбовых дорог, они остаются одним из немногих мест в мире, где слово «путешественник» сохранило свой подлинный смысл — «первооткрыватель», но не новых земель, а мира неведомых доселе людей и животных.

В этой книге мне хотелось рассказать о наших наблюдениях и наших приключениях.

Как зоологу и другу природы, мне остается лишь пожелать, чтобы драконовы острова сохранились для будущих поколений и чтобы странная фигура этого чудовищного ящера, появившегося на земле около ста шестидесяти миллионов лет назад, все так же тысячелетиями вырисовывалась на фоне чудесных пейзажей Южных морей.

К сожалению, лишь в социалистических странах по-настоящему понято все культурное и научное значение природных заповедников. Повсеместно в других странах частные интересы превалируют над общественными и ставят под угрозу природные богатства.

Прежде чем пожелать читателям «счастливого путешествия» на «На островах дракона», я рад воспользоваться представившимся случаем выразить свою признательность издательству «Мысль» и особенно профессору А. Г. Банникову, который взял на себя труд научно отредактировать перевод и представить эту книгу, как и предыдущую — «Бивуаки на Борнео», советскому читателю.

Тьма сгустилась уже несколько часов назад, и плеск весел двух наших лодок с балансирами рождает в море сноп искр из крохотных фосфоресцирующих существ, потревоженных в своем сне. Во мраке сплошного пояса мангров, окруживших остров, таинственное бульканье, клокотанье и шелест листьев выдают присутствие многих незримых существ. Кто это? Ночные птицы? Крупные рыбы? Черепахи или, может, морские крокодилы?

Не напрасно же эта часть побережья Ринджы, островка, затерянного между Явой и Австралией[1], называется Лохо Бу-айя — Крокодилова бухта. Малайские рыбаки рассказывают, что здесь излюбленное место гигантских рептилий Зондских островов. Рекордный экземпляр крокодила, выловленного возле Филиппин, имел десять метров в длину! И хотя они редко достигают таких размеров, у этих морских тварей на совести (о, разумеется чисто фигурально) больше человеческих жизней, чем, скажем, у акул, кишмя кишащих в теплых морях[2].

Свет фонаря находит в глубине бухты брешь в стене растительности, и, сбросив тяжелый камень, служащий якорем, четверо гребцов останавливают лодки на глубине восьмидесяти сантиметров. Мы становимся цепочкой, быстро разгружаем лодки и сваливаем на берегу пятьсот килограммов своего снаряжения и продовольствия, рассчитанного на длительное пребывание.

Едва мы расправляемся с грузом, наши гребцы требуют свою плату и собираются тотчас же возвращаться на Флорес!

— Как! — восклицаем мы. — Вы что же, собираетесь бросить нас одних среди ночи! Подождите хотя бы до рассвета, а то вдруг окажется, что мы заехали не туда?