«Это путешествие совсем меня измотало. Морская болезнь совсем извела. Стало даже хуже, чем было раньше. Бесконечно тошнит. Я с трудом спускаюсь на ужин. Капитан беспокоится о моем здоровье и обещает вызвать доктора на следующей остановке. Только когда она еще будет? Я подолгу сижу на палубе, наслаждаясь свежим воздухом. Единственное, что спасает – соусы, которые готовит су-шеф на нашем корабле. Он из Индии. Его зовут Ананд. Соусы очень острые или очень кислые, но, если бы не они – я бы уже давно умерла от голода. Они никому не нравятся, зато я могу съесть их все. Не думала, что так полюблю индийскую кухню. Особенно кари. Ананд теперь готовит обеды специально для меня. Капитан позволяет ему это делать, видя, что я перестала быть похожей на ходячий труп. Иногда я становлюсь совершенно плаксивой и расклеенной. Ничего не могу с собой поделать. Никакого воспитания. Мне стыдно. Но ведь это нормально, да? Я ведь так скучаю по Алессандро. Тоскую по нашей с ним такой короткой жизни. Бесконечно его люблю. И тебя тоже. Всегда твоя, Стефания».
– Да, я читал это, но тоже не придал значения, – пожал плечами я. – Стефании понравилась индийская кухня, что в этом такого?
– А то, что она все же была беременна от Алессандро! – воскликнул Мустафа. – Все совпадает! И тошнота, и то, что ей нравится острое и кислое. Как нашей Лее с блюдами моей мамы! Стефания тоже стала плаксивой. Лея тоже рыдала поначалу, вы же помните!
– О господи боже мой! – воскликнул я.
– Не знаю, что вы сейчас сказали, но я согласен, – кивнул Мустафа.
– Получается, что Стефания все же забеременела от Алессандро и вышла замуж за Воронова, уже будучи в положении? А в письмах не рассказала об этом Луизе!
– Ага, – кивнул Мустафа.
– Тогда хозяин и София – кровные брат и сестра, – я присел на кресло-качалку.
– Ага, – подтвердил Мустафа. – Тогда все объясняется. Воронов хотел защитить не свою подругу детства, а жену и мать ребенка, которого считал своим. Именно поэтому заставил Луизу и Алессандро оборвать все связи. Воронов любил Стефанию, а Стефания любила Алессандро. Воронов был готов признать ребенка и воспитать как родного. Он своего добился – Стефания принадлежала только ему. Только я не понимаю – дата рождения другая, годом позже.
– Тогда все записывали со слов. Можно было указать любую дату и год рождения. И что нам делать с этими знаниями? – спросил я Мустафу, а на самом деле сам себя.
– Нужно сказать Джанне, – заявил Мустафа. – И попросить ее сдать анализ ДНК. Вдруг найдутся еще родственники?
– Ну да, мало ей истории, что ее отец был игроком и издевался над ее матерью, – напомнил я.
– Но сказать мы обязаны, – настаивал Мустафа.
– Это, опять же, всего лишь предположения. Доказательств нет, – заметил я.
– Если вы не скажете, я ей расскажу, – объявил Мустафа.
– Хорошо, давай мы покажем ей это письмо, переведем слово в слово на итальянский, а дальше пусть она решает, что делать, – предложил компромисс я.
Мы с Мустафой перевели письмо. Мустафа долго рассказывал про анализ ДНК, который позволяет найти родственников по всему миру.
– Мой мир здесь, – выслушав нас, сказала Джанна. – Кого хотела, я уже нашла, а остальные умерли. Вряд ли моя мама будет рада, если у моего деда, то есть Алессандро, объявятся другие родственники. Теперь вам точно стоит проявить уважение к умершим и не тревожить их прах. Оставьте все как есть. Все, кто знал эту историю, уже умерли. Пусть живые проживают свою жизнь. Мне кажется, этого хотел наш хозяин, раз обеспечил будущее и тебе, Саул, и тебе – Мустафа.
Да, Джанна была права. Я поехал к падре в церковь, захватив с собой Мустафу. Падре был ему рад. Еще бы – Мустафа наладил ему отключившийся вайфай и подключил ноутбук к какой-то там новой сети. Заодно установил зум и другие платформы, позволявшие выходить в эфир. Падре решил завести свой подкаст с проповедями.
Иногда прошлое должно остаться в прошлом. Тем более когда это чужое воспоминание. Я уже забыл о том письме, когда ко мне ворвалась Лея. Малыш Алессандро плакал в переноске – никому бы не понравилось, если бы его мать бежала по лестнице, сломя голову.
– Мне написал мужчина! Сказал, что он сын Алекса. Покойного хозяина этой квартиры. Внебрачный, как я поняла. Хочет встретиться с Джанной. Узнал про нее через систему ДНК, где отображаются родственники. Так вот у них с Джанной полное совпадение – у них общий дед, Алессандро, отец Софии и, как выяснилось, нашего хозяина. То есть Джанна и этот человек – брат и сестра? И что теперь делать? – рассказывала Лея, передавая мне на руки малыша Алессандро. – Что мне ответить этому мужчине?
– Ответь, что будешь рада его видеть. Встретишь на вокзале, посоветуешь хороший хостел, – предложил я. – Обычно после этого люди, которые хотят наживы, сами исчезают. А если не исчезнет, познакомь их с Джанной. Это тоже ни к чему не обязывает. Вдруг они действительно окажутся родственными душами?
– Боже, за что мне все это? – воскликнула Лея. – Мало мне тебя на свою голову!
