На память полностью

Тревис ослабляет хватку. Шейн ударяет его по рукам. Мэдисон тянет его за собой.

– Уводи их отсюда, – не глядя на меня, говорит она.

Оглядываясь, я снова ловлю на себе взгляды. Уже не похотливые, а озлобленные. Но это ведь они обидели меня. Я защищалась.

Рейд хватает меня за руку и ведет к двери.

– Хорошо, что ты позвонила. И хорошо, что я сегодня не под мухой.

Рик смеется, догоняя нас.

– Да уж. Иначе не обошлось бы малой кровью.

Меня передергивает. Я знаю, что они шутят, но я воспринимаю сейчас все слишком серьезно.

– Эй. – Рик открывает дверцу машины. – Они не обидят тебя больше, Лекси. Мы им этого не позволим. Теперь ты с нами.

Сейчас

Я молчу о том, что увидела на протяжении целого дня. Утром он это заметил. Когда он подошел ко мне, чтобы поцеловать, я отвернулась. Он все равно это сделал, настойчиво повернув мою голову.

Так странно, что у меня нет никаких эмоций на этот счет. Но где-то внутри меня сидит обида за измену. Он предал меня. И это после того, как мы говорили о нашей свадьбе и детях. Я верила ему. Теперь доверия нет. Откуда ему взяться? Оно словно испарилось за несколько секунд.

Когда он возвращается вечером, я больше не выдерживаю.

– Грант, нам нужно поговорить.

Мы уже поужинали. Я стою рядом с раковиной, составляя посуду в посудомоечную машину. Грант все еще сидит за столом, глядя в свой телефон.

– Да, детка. – Он поднимает голову и смотрит на меня.

Я всматриваюсь в черты его лица. Он не похож на других мужчин, с которыми я встречалась до него. Черты его лица мягкие, когда он улыбается или, когда удовлетворен. Но чаще всего его улыбка что-то скрывает. Именно это я полюбила в нем и согласилась выйти за него замуж. Мне нравилась его загадочность, его скрытые желания, которые я постепенно узнавала. Но что-то изменилось. Я словно поняла, что никакой тайны нет. Он просто такой.

Не зная, как начать этот разговор, я медлю. Как начать? Но я весь день к этому готовилась.

Я стою рядом с вещами, которые мне могут понадобиться. Мысленно отмечаю то, что наконец-то об этом стала задумываться. Раньше этого не было. Я смотрю на столешницу, убеждаюсь, что рядом сковорода, ваза и нож.

– Лекси, ты меня пугаешь.

Я поднимаю на него глаза.

– Вчера, когда ты был в душе, я залезла в твой телефон и не спрашивай, зачем я это сделала.

Он остается совершенно спокойным.

– Так делают все женщины. И что ты там нашла?

Я смотрю прямо в его глаза. Он знает, что, но ждет, что я скажу это вслух.

– Как долго это продолжается?

Он не двигается.

– Что ты нашла, любимая?

– Ты, Винс и Хилари. Как долго это продолжается?

Грант поднимется с места и медленно подходит ко мне. Я отступаю на пару маленьких шагов, и он это замечает.

– Это было…

– Не говори, что это было до меня.

– Я и не собирался, – в его голосе звучит отчаяние, в которое раньше я верила. – Прости, Лекси. Это был просто секс. Я хотел это попробовать.

– Тебе нравятся мужчины?

Вспоминая, как он целовал Винса и как они не отрывались друг от друга, пока Хилари наслаждалась этим шоу, ответ на этот вопрос очевиден.

– Я не гей. – Грант качает головой.

– Это нормально.

– Я не гей, – упорно твердит он.

– Тогда ты бисексуал.

– Какая разница?

– Какая разница? – переспрашиваю я. – Мне было бы это не важно, если бы я только знала, Грант. Я выхожу замуж за человека, которого не знаю. И за человека, который мне изменяет. Мне не важно с кем ты это делаешь. С мужчиной, с женщиной или с обоими. Ты изменяешь мне. Вот что важно.

– Этого больше не повторится.

Я устало качаю головой.

– Это я слышала сотни раз. Грант, ты сделал мне больно. Ты всегда делаешь мне больно.

– Лекси, это слишком сложно чтобы объяснить.

– Нет в этом ничего сложного. Ты мне изменяешь, и я тебя не прощаю.

– Что ты хочешь этим сказать? – Он вновь приближается ко мне.

Я устала. Ссоры стали неотъемлемой частью нашей жизни, а это неправильно.

– Так жить невозможно, – объясняю я. – Невозможно. Мы перестали друг друга понимать.

– Мы планируем свадьбу, черт возьми! – Грант повышает голос.

Я смотрю на него несколько секунд. Моя рука интуитивно тянется к ручке сковороды, стоящей рядом с раковиной.

– Возможно, эта свадьба ошибка.

Глаза Гранта наливаются кровью. Он замечает, как я тянусь к сковороде.

– Ты хочешь ударить меня, Лекси?

– Я хочу себя защитить.

Он резко хватает меня за руку и трясет.

– Перестань делать из меня монстра! Теперь еще и извращенца. Ты вечно ищешь повод, чтобы бросить меня!

– Ты и есть монстр, – заявляю я, глядя ему в глаза. – И я не выйду за тебя.

Он толкает меня. Я бы могла удержаться, если бы не полы длинного халата, в которых я запутываюсь во время падения. И это не самое страшное. Я бы просто упала, но халат мешает приземлиться на пол обычным способом. В итоге я лечу вбок и ударяюсь головой об угол кухонной стойки.

Голову пронзает острая боль. Упав я ничего не вижу. Моргаю, моргаю, но ничего не вижу. Затем чувствую, как по лицу что-то течет. Приложив руку к месту удара, я ощущаю что-то липкое на пальцах. В нос ударяет запах железа.