Первый на ура прошел. Второй. А потом катерок этот невесть откуда вырулил. Копейкин кивнул Гулькину:
— Браконьеры, небось…
Тот возмутился:
— Браконьеры по домам сидят, ежели я гуляю.
Корней Ильич разошелся:
— Ату их, ату!
Вскинул игрушку на плечо, по типу базуки. И вдарил. Говорил, что в воду поблизости метил. Я так и не понял, с чего там громыхнуло. С чего бы посудине взорваться… Только на суде услышал, что бензобак в катере подтекал. Не повезло…
Наши, конечно, запаниковали — не каждый день кого-то взрывают.
Светлов за штурвалом стоял, повернул к катеру. Кричит: «Спасай рыбаков, ребята!»
Жук спасательные круги сбросил. Ерофей Игоревич прям к горящему борту подскочил. И сразу назад: «Тикаем, пацаны, там живых не осталось. Мужика на куски порвало…»
Мы и рванули. Светлов, правда, прыгнул в воду. Нырял, типа искал кого-то. Не нашел. Потом лодка от берега пошла.
Сапун мигом сориентировался: «Убойная статья, сейчас менты нагрянут. Сматываемся…»
Ну, мы и дали деру. Вернулись на заимку. Хотели заспиртовать стресс. Рак не позволил. Усадил всех в гостиной. Велел думать, как из ситуации выпутаться по-тихому.
Родин подсказал свалить на старика. Ему-то без разницы — восемьдесят с хвостиком. Не посадят. А репутация ему до фонаря. Сговорились на двух тысячах зеленых и катерке…
— А с чего несчастные случаи, произошедшие с вашими приятелями, связали друг с другом?
— Так ведь нас разом зимой чуть не убили. Десять часов на ветру и холоде. И люлька болтается как маятник — туда-сюда. Потом как рухнет… раз, другой… Я за ту ночь поседел прям…
— Что? И правда поседел? — Михей оторвался от диктофона.
— Ага. Разве что виски слегка подернулись. Кокетничает твой родственничек. Дальше слушай…
— Не могло это быть техническим сбоем?
— А на турбазу нас тоже техника пригласила? И дедка подсунула. Того же…
— Немного подробнее…
— Пришла как-то мне красивая открытка. Приглашаем на конец света! Не больше и не меньше. У нас по этому поводу страна гудит, а тут… На обороте что-то типа: ваш номер выиграл путевку на экстрим-шоу «Конец света с высоты 500 метров». Вас ждут вип-номер на лыжной базе «Отрог», незабываемое шоу в воздухе, романтическое свидание с прекрасной незнакомкой, оригинальный подарок от организаторов…
Кто ж на такое не клюнет?
— А вы что, участвовали в каком-то конкурсе?
— Да на работе распространяли какие-то билеты…
— А что остальные?
— Так друг от друга скрывали. До последнего. Встретились у фуникулера. Полпути смеялись, что все выигрышные номера хорошим людям достались.
— Вы там оказались одни?
— Ну… Тетка на старте сказала, что две люльки гостей уже отправила.
— Что за тетка?
— Да кто ж ее разглядывал? В тулупе, ушанке. Одни щеки наружу торчат. Да, вот еще… в фуникулере видик заработал. Сначала красивые заставки в тему. Мол, приглашаем… конец света на высоте… а потом, уже на самой верхотуре пошли фотки… катер тот растерзанный… И сразу свет вырубился… тут мы и рухнули…
А когда стали разбираться, владельцем фуникулера значился тот самый дедок с заимки… Тут уж и до дураков дошло, что испугом не отделаемся…
— Ну, и что скажешь?
— А то и скажу: нужно «крысу» искать. От нее и плясать будем.
Борисик согласно кивнул:
— Начнем, пожалуй, с Сапуна. Заметно нервничает человек.
— Так и будем молчать?
— Ма…
— Что, ма? Я тебя спрашиваю: продолжаешь в молчанку играть?
— Это была ошибка…
— Это которая же по счету?! Егор взрослый уже. Да и не досталось мне его вдосталь понянчить! Мне семьдесят. Еще пару лет, и я ребенка не подниму на руки! Ты же обещал!
— Мамуль…
— Говорю же: женись! Девушка как девушка! Ты ж ее сам выбрал…
— Повторяю: ошибся. Не мое… Да и в биографии избранницы нашлось несколько темных пятен…
— Мне не анкета, мне внук нужен! Сынок… — Нонна Трофимовна жалобно захлюпала носом. — Ну, сам посуди, на что нам ее темные пятна? Да и у кого их нет? Возьми хоть нашу семью, тетя Лена тоже с историей… Липочка Самохвалова… Мариночка…
— Ты мне всю свою компанию перечислить собралась?
— Просто к слову пришлось. У любого нормального человека пятнышки на биографии имеются.
Михей профессионально увел диалог в сторону. В короткой полемике его интересовало лишь одно — с чего это маменька вдруг вернулась к отношениям с Людмилой? Вроде бы все давно утряслось. Потеряло актуальность. К разрыву маменька отнеслась спокойно. На горизонте наметились новые отношения… Уж не узнала ли о них Милочка?
— Мам, Людмила часом не заходила?
— Вот еще! С какой-такой радости? — вспыхнула Нонна Трофимовна.
— Значит, заходила… А ты не подумала, с какой радости пропавшая на две недели девица вдруг вспомнила одинокую пенсионерку?
— Михей, не передергивай! Девушка, конечно, далека от идеала…
— Вот именно! А что ты скажешь, если я приведу тебе этот самый идеал?
Матушка приняла охотничью стойку:
— Михеюшка…
«Ох, лучше бы промолчать! Три месяца осталось продержаться».
Женское облако над Михеем заметно сгущалось. В который раз…
