– Отпустите меня сейчас же! Вам нужна не я. Вас устроит любая женщина. Лишь бы вы могли держать ее в узде и знать, что она терпеливо ждет вас дома, пока вы забавляетесь вашим шестизарядным пистолетом.
Чарли помрачнел. За короткое время их знакомства она ни разу не видела его таким суровым.
– Да что вы вообще знаете о моей жизни?
– Джастина сказала, что любимая женщина бросила вас. Остальное я домыслила на основании ваших же откровений. Работа для вас превыше всего, остальное – потом, если хватит времени.
– Анджела никогда не была моей любимой женщиной. И потом, как вы представляете себе мою работу?
– Да никак! – Вайолет вздернула подбородок. – Почему бы вам не рассказать мне о ней?
Чарли какое-то время молчал, его взгляд стал стальным и непроницаемым.
– Что-то не тянет, – промолвил наконец он, повернулся спиной и направился к двери. – Приготовьте-ка лучше завтрак. А мне надо позвонить.
Вайолет подняла голову и расправила затекшие плечи. Уже почти два часа она просидела за кухонным столом над бухгалтерской книгой, счетами и квитанциями, которые ей вручила Джастина около двух недель назад.
Работа эта была Вайолет по душе. Тем более что при дружелюбии и нетребовательности Джастины Вайолет приходилось подчас напоминать себе, что она на нее работает. Но стоило ей, уложив Сэма спать, усесться с работой за стол, как ее одолевали неприятные воспоминания об Амарилло.
Можно себе представить, как взбесился Рекс, когда узнал, что она уехала и увезла его внука. Он наверняка уже послал ей вдогонку своих наемников. Слава Всевышнему, что они до сих пор не напали на ее след.
Вайолет с усталым вздохом протерла глаза и опустила их на графы кредита и дебета в бухгалтерской книге. Тут все так понятно и просто, что даже школьник старших классов мог бы разобраться. То ли дело отчетности Рекса в компании «О'Делл Пэкинг компании». Все данные заносились в компьютер, и за неделю приходилось обрабатывать огромные объемы информации.
Было время, когда Вайолет горько сожалела о своих математических способностях. Не обладай она ими, никогда бы не докопалась до истины, не поняла бы, что Рекс и его дружки сбывают на бойню ворованный скот.
Закрыв глаза и поморщившись, она вспомнила, как, уличив свекра в мошенничестве, приперла его к стенке. Но когда она пригрозила обратиться в полицию, тот пришел в неописуемую ярость и начал угрожать.
Он не допустит, кричал Рекс, чтобы она погубила его из-за нескольких жалких голов скота. Что он не позволит ей увезти Сэма. Внук должен остаться у него, и он добьется этого любой ценой. Даже если придется донести на нее.
Стараясь отогнать от себя отвратительные воспоминания, Вайолет поднялась со стула и босиком прошлепала к двери с сеткой, выходившей во двор.
Рекс умудрился как-то пронюхать о ее столкновении с законом в штате Джорджия. В случае необходимости он не преминет использовать эти сведения, чтобы получить опеку над внуком. Твердой уверенности в том, что он ее получит, разумеется, нет. Но ведь судья может отнестись неблагосклонно к матери, которая пыталась заложить ворованные вещи. Пойди докажи, что она и не подозревала, что те вещи, которые отец попросил ее заложить в ломбард, были ворованные. Она пошла ему навстречу из жалости, и это стало роковой ошибкой. Он уверял дочь, что у него нет денег на хлеб, а на самом деле ему нужен был не хлеб, а бутылка.
Стараясь не вспоминать унизительное прошлое, Вайолет уперлась носом в сетку и вгляделась в окружающую темноту. Солнце уже больше двух часов назад скрылось за горами, а Чарли все еще не вернулся. После того, как мать однажды привезла ему пачку бумаг, он что ни день отлучается из дому и отсутствует все дольше. Куда и зачем он ездит – ей неизвестно, а спросить она не решается. Но тоскует по нему. Очень сильно.
До нее донесся шум машины, он приблизился и замолк у ворот дома. Вайолет заставила себя не двигаться с места. Скорее всего, это Чарли, и незачем давать ему понять, как сильно она по нему скучала. После того, как он во время взаимных ласк поднял ее на смех, Вайолет старалась держать Чарли на расстоянии.
– Что вы тут делаете так поздно? – спросил он.
Только теперь она разрешила себе оглянуться на Чарли. Джинсы и рубашка на нем покрылись пылью, глаза смотрят устало.
– Изучаю отчетность вашей матушки, – сообщила она, засовывая руки в карманы шортов и возвращаясь к столу.
– Никакой спешки с этим нет, – нахмурился Чарли. – К тому же это делается для налоговой инспекции, и сведения туда подаются только в середине августа.
Вайолет принялась складывать бумаги, а Чарли вытащил бутылку воды из холодильника.
– То есть через полтора месяца. Но в середине августа меня здесь уже не будет. А оставлять работу недоделанной не в моих правилах.
Она убрала бумаги в шкаф и вернулась к столу, у которого уже уселся Чарли. Ей было приятно смотреть на него и невыносимо думать о предстоящем отъезде. А почему, она не могла понять.
– Кстати, о работе, – сказала Вайолет. – Сегодня я закончила клеить обои в ванной.
