Преемственность поколений. Воспоминания об отце и самых интересных моментах своей жизни. Отец – военный разведчик и дипломат, доброволец финской компании, работавший в Англии и Германии и завершивший свою дипломатическую карьеру после выдачи его Пеньковским. Сын – инженер космической техники и работник внешней торговли, в детстве более 4-х лет прожил в интернате Министерства внешней торговли, где и встретил свою будущую жену. По отзывам иностранной прессы – первый советский коммерсант, работавший в области предоставления коммерческих услуг по использованию отечественной космической техники. Почти 4 года проработал в Торговом представительстве СССР в Праге и почти 20 лет был директором и управляющим директором фирмы в Германии, в том числе при переходе из СССР к России.
Когда в 1988 году я был командирован в ФРГ для работы на принадлежавшем советской внешнеторговой организации В/О «Лицензинторг» смешанном обществе «Техноунион ГмбХ», то, как меня и предупреждали в нашем торговом представительстве в Кёльне, в моих достаточно частых поездках по Германии (в том числе почти ежедневно из Кёльна на работу в Эссен и обратно) я практически сразу обнаружил ведущуюся за мной слежку: Бундеснахрихтсдинст – служба безопасности ФРГ проверяла благонадежность вновь прибывшего из СССР сотрудника немецкой компании, имевшего статус иммигранта с правом работы.
И это продолжалось в течение достаточно длительного времени, пока меня не пригласил на беседу один из руководителей акционерной компании "Ферроштааль АГ", с которой "Лицензинторг" на паритетных началах создал общество "Техноунион" в 1978 году. Этот немец сообщил, что поскольку знает меня уже более 10 лет по совместной работе наших торговых организаций, он, при оформлении мне рабочей визы, дал рекомендацию правительственным органам, что моё пребывание в Германии не нанесет ущерба государственным интересам страны. Однако тут же он задал вопрос, кем является мой отец, который работал в 1962-1963г.г. советником по науке и технике Посольства СССР и пребывание которого в Германии было приостановлено в 63г.
Не задумываясь (этот вопрос ожидался, и ответ был согласован с отцом) я ответил:
– Был сотрудником военной разведки, после выхода в отставку работал переводчиком у Министра черной металлургии СССР И. Казанца, где Вы с ним встречались на переговорах, а сейчас, по возрасту и состоянию здоровья, – пенсионер.
Новый вопрос:
– До нас дошла информация, что Вас называют первым российским коммерсантом-шпионом в области космоса. Как Вы на это отреагируете?
– Для Вас, как и для меня, это не является неожиданным: Вы знаете, что в течении последних лет в Лицензинторге я был директором фирмы "Лицензтрансмаш", в круг деятельности которой входила проработка вопросов предоставления на коммерческой основе услуг по использованию и применению космической техники. В этом году я уже был в Германии во главе делегации из 16 человек – представителей космических отраслей промышленности СССР. Ваша фирма совместно с Техноунионом участвовала в подготовке поездки и организации переговоров с авиакосмическими фирмами и банками ФРГ. В предыдущие годы мне пришлось с подобными "космическими" миссиями побывать в Австралии, Англии, Индии, Франции и Японии, где моими партнерами по переговорам были также представители частных фирм, государственных и международных организаций. Я вижу свою главную цель работы в Германии – сотрудничество наших стран в области исследования космоса. А какие выводы делают досужие обыватели или "специалисты" меня не интересует.
Уже через несколько дней специалисты Торгпредства, да и я сам заметили, что слежка за мной прекращена.
Как и советовал мне отец, хочешь жить легче – не ври, но можешь не всё договаривать.
Таким образом, мне и хочется написать свои воспоминания как для детей и внуков, так, может быть, и для тех, кому это интересно.
Мой папа – Дмитрий Иванович, родился в Екатеринославле (Днепропетровске) 25 января 1918 года. Но уже через несколько дней, бабушка Феня (Феодосия Ивановна) решила сбежать на свою родину к родителям – в Гуляй Поле: разруха, питание не надежное, постоянные бои (то красные, то Петлюровцы и немцы рядом). В один из первых дней, гуляя с детьми – со старшей дочерью двухлетней Аней и новорожденным сыном, она наткнулась на батьку Нестора Махно, проезжавшего со своей свитой по той же слободе. Махно остановился и спешился:
– Молодайка, что, дети твои?
– Мои.
– Как зовут?
– Дочка Анна, а сына ещё не окрестили.
– Местная?
– Да, Мироновых
Он заинтересовался и попросил распеленать. Взял на руки и предложил быть крестным отцом.
Поинтересовался именем отца ребенка.
– Иван Дмитриевич
– Что ж, можно и Дмитрием окрестить
В это время ребенок начал орать и знатно окропил батьку. Махно сбросил ребенка с рук.
– С таким зассанцем в церковь не пойду. Крести сама, но пусть будет Митяй.
Бабушка всегда вспоминала эту историю и говаривала, что ещё грудничком её Митя боролся с врагами Советской власти.
О своем отце ни папа, ни тетя Аня ничего не рассказывали – он пил, и бабушка с ним рассталась. Жили трудно, и папа подрабатывал торговлей пирожками на рынке. Школу папа не закончил и поступил в Днепропетровский индустриальный техникум, чтобы получать стипендию. А он все время учебы получал повышенную. Как отличнику, ему было предоставлено право поступить в институт, и он выбрал Днепропетровский металлургический.
