На пятьдесят оттенков светлее полностью

Я пристально смотрю на его письмо в течении полных пяти минут, пытаясь придумать легкий и остроумный ответ, пытаясь поднять его настроение, но я ничего не могу придумать и выбираю вместо этого короткий ответ.

Я смотрю на экран еще минут пять, ожидая его ответа, но ничего нет. Кристиан не в том настроении, чтобы играть сегодня.

Я снова сажусь. Могу ли я обвинять его? Мой бедный Пятьдесят, вероятно, в ярости вернулся ранним утром. Затем я думаю о том, что произошло со мной. Он был в смокинге, когда я проснулась этим утром. Во сколько он решил вернуться из Нью Йорка? Он обычно возвращался между десятью и одиннадцатью. Прошлой ночью, в это время, я все еще была с Кейт. Кристиан вернулся домой, потому что меня не было дома, или из-за инцидента с Джеком? Если он вернулся, потому что меня не было и я хорошо проводила время, — он и понятия не имел бы о Джеке, полиции, ничего — в это время он совершал посадку в Сиэтле. Внезапно для меня стало важным узнать это. Если Кристиан вернулся, просто, потому что меня не было, значит он слишком остро реагирует. Мое подсознание прикусило губу и одело маску гарпии. О'кей, я рада, что он вернулся, хотя возможно это и не относится к делу. Но остается факт — у Кристиана должен был случиться чертовский шок, когда он приземлился. Неудивительно, что он так сконфужен сегодня. Я вспомнила его слова, ранее сказанные мне: — «Я чертовски злюсь на тебя, Анастейша. Ты заставляешь подвергать сомнению мое суждение».

Я должна знать — он вернулся из-за коктейльного загула, или чертового сумасшедшего Хайда.

Я уставилась на экран. Ответа нет. Я гляжу на часы на моем компьютере. Сорок пять, а ответа все еще нет.