Он огляделся по сторонам в надежде найти еще один гриб, но тот оказался единственным. «С какой бы радостью, – подумал Генри, – я нес его домой, если бы меня встречала женщина, которую я так часто себе воображал. Я бы с готовностью пожертвовал соками. Но в сложившихся обстоятельствах лучше всего поджарить его на палочке. Жаль, ведь при таком способе приготовления грибы усыхают».
Он начал искать ветки, чтобы развести небольшой костер, и почти сразу же заметил другой гриб необычайно интересной формы и жемчужно-бледного окраса, который очень много говорит естествоиспытателю. Он тут же узнал в нем
– Однако, – сказал он, – уж очень изысканно этот гриб смотрится. Кажется, что он вот-вот превратится в легконогую фею, дивное маленькое создание с золотыми волосами…
Тут его осенило.
– Клянусь всеми чудесами света! – воскликнул он. – Фигурально выражаясь, именно это я и вижу!
Дрожащими руками он срезал смертоносное лакомство и завернул в платок рядом с первым грибом, аккуратно проложив его полотном, чтобы они не соприкасались.
– Элла всегда отпускала в адрес природы злобные шуточки, – проговорил он. – А теперь природа злобно подшутит над ней.
Он сразу же поспешил домой, где его с улыбкой встретила Элла. «Легко улыбаться, когда съешь на завтрак два яйца, – подумал наш герой. – Посмотрим, как ты заулыбаешься, пообедав бледной поганкой». Эта мысль показалась ему чрезвычайно веселой, и он ответил жене довольно добродушной усмешкой, из чего та заключила, что их маленькая пикировка уже забыта. Это доставило ей особое удовольствие, поскольку она была простым и даже примитивным существом, а от двойной порции завтрака ее теплая кровь текла лениво и медленно.
– Гляди, что я нашел, – сказал Генри. – Два гриба, и оба разных видов. Вот этот клавария, достойный гриб с относительно приятным вкусом.
– А что это за другой гриб, такой весь жемчужно-белый? – спросила она.
– А, этот,– коварно улыбнулся он.– Он называется
– Что за дивное название! – воскликнула Элла. – Но какая у него странная форма. В смысле – для гриба.
– Не обращай внимания, – сказал Генри. – Он питательнее, чем ты можешь себе представить, и богат витаминами U, М, R, а также I. Более того, его вкус достоин короля, так что я съем его сам, потому как тебя едва ли можно назвать королем по причине иной конституции.
– Да, это правда, – хихикнула она. – Сущая правда, дорогой. Ха-ха! Конституция у меня и вправду другая.
Этот ответ отбросил Генри на сто миль назад, поскольку он ожидал, что она предъявит права на ядовитый гриб, едва только услышит, как он восхваляет его за превосходный вкус и богатство витаминами. Однако он был находчив и сразу сменил тактику.
– Тем не менее, – сказал Генри, – этот дивный гриб получишь ты, потому что ты ох как его заслужила.
– Ой, Генри, как мило с твоей стороны, – ответила она. – Как же мне тебе отплатить за такую доброту? Что может сделать простая женщина, чтобы показать, как она ценит хорошего мужа?
– Нарежь их помельче и приготовь отдельно, – попросил Генри. – чтобы не смешать вкусы. Подай на поджаренном хлебе и щедро присыпь тертым сыром.
– Так и сделаю, – сказала она, – хоть у меня и сердце не лежит его резать.
Она шутливо толкнула мужа локтем, а после удалилась на кухню и начала готовить грибы. Генри ждал в гостиной, мечтая о дивном создании никак не старше двадцати лет. Элла, с любовью выглядывая за дверь, замечала блеск в его птичьих глазах и продолжала готовить с поющим сердцем. «Он заслуживает только лучшего, – думала она, – и он его получит. Я подам ему более вкусный гриб, потому что он – король среди людей, к тому же он сказал, что гриб этот очень питательный. А я все-таки съела два яйца на завтрак и этого, тра-ля-ля, мне вполне достаточно».
– Дорогой, иди к столу, – позвала она, когда все было готово. – Вот наш обед, вот наши две тарелки, моя – с голубой каемочкой, а твоя – с красной. Ешь досыта, ангел мой, и скоро тебе воздастся за твою доброту и заботу.
Генри, и так уже голодный по причине скудного завтрака, тем более хотел нарастить мышцы на случай, когда в «Домик трех медведей» явится настоящая Златовласка, поэтому отрезал себе большой кусок тоста и отправил его в рот. В ту же минуту, подскочив со стула, он начал подпрыгивать, корчиться, шататься, вертеться, подскакивать, размахивать руками, сворачиваться петлей и скакать по всей комнате. Его одновременно одолели головокружение, тошнота, мушки перед глазами, сердцебиение, конвульсии, вздутие живота и другие симптомы, которые слишком чудовищны, чтобы их описывать.
– Господи, что происходит, дорогой? – воскликнула его жена. – Тебе нехорошо?
– Дьявол!– прохрипел он.– Я съел бледную поганку! Я съел
