Горестные возгласы и звуки плача были слышны с разных сторон веси, не перекрываемые более шумом боя. Насколько Березин знал, часть принявших обет воина бойцов князя были отсюда же родом. И теперь их семьи оплакивали полёгших в бою родственников наравне с остальными погибшими воинами и жителями. Как уже давно понял Березин, у этих людей любое горе считалось общим.
По мере того как князь приближался, на широкую тропу между домов и хижин выходили люди. И когда он проходил мимо, все они делали один и тот же жест, имевший, очевидно, ритуальное значение: поднимали глаза к небу, опускали их и, собрав кисти рук в домик, поднимали их над головой и разводили руки в стороны, словно выпускали на волю голубя.
– Что это за знак? – Березин обратился к Светлозору.
Тот провёл по лбу рукой, стирая пот и дождевую воду, и посмотрел на него со странной печальной улыбкой.
– Милоока погибла… – сказал он едва слышно.
Это неожиданное известие заставило Березина вздрогнуть. Он почувствовал, что это первое в цепочке событий, которые будут иметь последствия исполинского размера.
Теперь уже профессор увидел и сам, что принятое им за большой женский платок было на самом деле голубым платьем княгини. Огнеслав, нёсший её на руках, был безмолвен и суров. Каменное лицо князя застыло в неподвижной маске, и только глаза, дикие зелёные глаза, горевшие огнём силы и чувств, выдавали его истинное настроение.
Ливень прекратился так же внезапно, как и начался. Огнеслав оставил тело жены в избе старейшины и тотчас вышел из неё. Он спокойно принял нескольких женщин своей веси, позволяя им взять его руку в свои, спокойно выслушал слова сочувствия и сам не жалел слов утешения тем, кто потерял близких. Когда поток жителей иссяк, он выпрямился. Лицо его вновь стало каменным, и он звучно позвал:
– Серый Волк!..
Седой воин был уже тут. Он молча кивнул, пожалуй, даже слишком сурово, но в глазах его было то же сочувствие, что и у жителей веси. И князь понял это, оценил, обнял его и, отпустив, попросил:
– Скачи так скоро, как только ты один можешь, волком стелись по земле, устали не зная. Найди Яроволка да передай, что мы идём в поход на Лисьих Хвостов. Пускай по праву Старшего Воина собирает войско – своё и братьев с запада, и половину иорегсов с воинами с юга. Я отправлюсь со своими воинами и братом Дариславом и воинами и буду ждать на востоке за весью Берегмира…
Березин почувствовал нарастающее волнение и бросил вопросительный взгляд на Светлозора. Тот только покачал головой.
– Вместе, – продолжил князь, – покажем мы Лисьим Хвостам силу
Светлозор удовлетворённо кивнул.
– Верное решение принял князь, – сказал он тихонько, но так, что все его слышали. Одобрение жреца, по наблюдениям профессора, имело заметный вес.
Березин из обрывков разговоров ранее уже составил себе мнение, что главным инструментом усмирения жестоких противников
Князь оставил треть воинов в своей веси на случай возвращения захватчиков, с остальными двинулся в путь. Через несколько дней они проехали сожжённую весь Берегмира. Огнеслав задержался ненадолго, чтобы оценить, как чувствуют себя жители и как быстро идёт восстановление, и двинулся дальше. В тот же день к ним присоединился Дарислав, его воины и жрец Стрелозор – ещё выше ростом и ещё худощавее Светлозора. Березин не заметил ничего особенного в спокойных серых глазах нового жреца и потому при случае поинтересовался происхождением такого имени у Светлозора.
– Погоди, ещё узнаешь, Всеслав, – только улыбнулся тот.
По достижении края восточных весей Огнеслав приказал разбить стан. Здесь они прождали три дня. Вестей от Яроволка не было. Опасаясь, что Лисьи Хвосты проведают об их присутствии и, собрав все свои силы, нападут на сравнительно небольшое войско князя, Огнеслав послал ещё одного вестника к Яроволку и решил выступать. Князь рассчитывал теперь провести поход хотя бы по небольшому участку земли Лисьих Хвостов с малым числом их племён и быстро отступить, если Яроволк не присоединится к нему.
Так Березин впервые познакомился с тем самым таинственным обрядом. Сначала им попались пастухи с большим стадом овец. Увидев блестящее металлом войско, пастухи, вскрикивая, погнали стадо прочь – через холм. Огнеслав не обратил на них внимания, и никто из его дисциплинированных воинов не попытался захватить добычу.
Сразу за холмом взгляду их открылась равнина, покрытая тремя десятками шатров. Между шатрами заметались люди. Воины Лисьих Хвостов, ошеломлённые видом и числом противника, даже не пытались стрелять.
Огнеслав с половиной войска обошёл стан с обеих сторон, беря его в кольцо. Вторая половина прошла стороной и выстроилась за станом, прикрывая первую с востока на случай появления врага. Березин беспокойно посмотрел на Светлозора, опасаясь резни.
Но тот сошёл с повозки и, сопровождаемый Стрелозором, направился к шатрам.
– Пойдём, Всеслав, – обернулся он.
