Вася не помнил, сколько прошло дней, но время относительного покоя дали свои результаты. У него перестала кружиться голова, покинула тошнота, подступающая, когда ему вспоминалась мама с бабушкой. По ночам он почти перестал кричать, хотя всё ещё его преследовали ночные кошмары. Как-то утром к нему подошла женщина в белом халате, принесла вещи и сказала, чтобы он одевался.
— Я не хочу в детский дом! — твёрдо сказал Вася.
— Не хочешь, значит, не пойдёшь, — спокойно ответила она, подтолкнув его к выходу из палаты. Вывела на улицу. Там, они подошли к какой-то странной женщине, одетой в цветастые длинные юбки и красную куртку.
— Давай, давай быстрее! Что ты там телишься, за такие деньги летать должна! — громко говорила она, увидев их.
— Хороший мальчик, пошли со мной! Не бойся, пошли!
Тётка погладила мальчугана по голове, потрепала по щеке, потом помогла Васе сесть на заднее сидение видавшего виды «Жигулёнка». Машина резко сорвалась с места.
— Не бойся, всё будет хорошо! Тётю Азу слушайся, ладно? На, держи конфетку! — она протянула Васе карамельку.
— Тётя Аза, а мы в Москву едем? — с надеждой в голосе спросил Васька.
— В Москву, в Москву! Какой догадливый мальчик! — повернув к нему голову, усмехаясь, сказал чернявый водитель «Жигулей».
Радости Васьки не было предела. Он раньше никогда не ездил на машине. На окраине деревни стояло несколько ржавых разобранных до основания автомобилей. Вася не знал их названий, но ему было интересно лазить по грязным железкам металлолома и, играя, представлять себя в новенькой машине. Теперь он был просто счастлив. Он сидит в «Жигулях», смотрит в окошко и его лицо обдувает тёплый свежий ветер. Тётя Аза всё время разговаривала с водителем на каком-то непонятном Ваське языке. Он старался прислушаться к разговору, но так ничего не поняв из услышанного, бросил эту затею и предался своим мальчишеским мечтам.
А мечта у него была одна. Увидеть Москву, найти дом, в котором они раньше жили и хоть глазком взглянуть на ту квартиру, где он родился. Зайти в ту комнату, в которой стоит ванна и где из крана льётся вода. Посмотреть какая была та прежняя московская жизнь. Увидеть метро. Пройтись по скверу и прокатиться на трамвае.
— Всё, приехали! Выходи! — дотронулась до его плеча тётя Аза.
— Это уже Москва? — испугано спросил Васька, увидев такие же обшарпанные домишки, какие стояли и в его деревне.
— Будет тебе Москва! Будет, — быстро ответила цыганка и тут же подошла к мужчинам, которые видно ждали её приезда. Пока они громко разговаривали между собой, к Васе подбежала стайка маленьких цыганят. Они стали говорить что-то ему, трогать его, то за плечо, то за руки.
Из группы ребятишек отделился мальчик, на вид ровесник Васи, но только чуть меньше его ростом. Он молча, протянул ему большой ломоть белого батона и стрелку зелёного лука с крупной луковицей на конце. Вася с улыбкой принял угощение.
— Тебя как звать? — спросил он выделявшегося из группы детишек своими светлыми волосиками мальчика. Но тот не ответил, а ребята наперебой стали объяснять ему, что зовут мальчика Ваней и что он немой.
— А меня зовут Вася. Ты тоже в Москву поедешь? — спросил он немого.
— Мы все поедем! — загорланили, смеясь, чумазые ребятишки.
Стало смеркаться. К Ваське подошёл подросток внешностью похожий на черноволосых хозяев дома.
— Значит так, пацан! Слушай сюда. Я слышал, что ты очень хотел в Москву попасть? Так вот чтобы тебя не забрали в детский дом, за тебя заплатили большие деньги. Понимаешь? — Васька ничего не понимал кроме одного, что эти люди его отвезут в город его мечты. А уж там!
Там Васька обязательно станет счастливым. Там он будет жить так же хорошо, как жили его родители, когда он только появился на свет. Только бы добраться до его родного города. Только бы найти его родной Чистопрудный бульвар.
— Понял, понял, — утвердительно замотал головой Васька.
— Чего ты понял? — скривил лицо в усмешке мальчик, явно подражая поведению своих старших собратьев, — должен ты теперь нам! Теперь понял?
— Да. Должен? А сколько? — так ничего не понимая, моргая светлыми ресничками, спросил Вася.
— Сколько….? Много! Много пацан ты должен. Отработать надо. Вот так-то! Договорились?
— Договорились. Только я работать не умею, — жалобно проговорил ребёнок.
— Не дрефь! Знаешь, как говорят? Не можешь — научим, не хочешь — заставим! Убежишь — найдём и убьём! Это уже я тебе говорю, понятно?
— Понятно. Я не убегу. Мне очень в Москву надо!
— Ладно, вали спать. Завтра Москву свою увидишь, — он подвёл его
к комнате, где на полу кто, на чём спали и цыганята, Ванька и ещё несколько русых ребят.
Довольный и воодушевлённый тем, что скоро исполнится его заветная мечта, Вася лег на свободный матрас, лежащий на полу, накрылся с головой каким-то цветным покрывалом и заснул крепким мальчишечьим сном, мысленно загадав желание, чтобы скорее закончилась ночь и чтобы они быстрее тронулись в дорогу.
— Эй! Эй! Вставайте! Шалупонь босоногая, — в комнату вошла женщина и, хлопая в ладоши, говоря то на непонятном Васе языке, то по-русски стала поднимать мальчишек.
