Я вообще-то думал, что, коль день рабочий, почти середина недели, вторник, у всех дела, то и соберутся только «владимирские». Но за две недели до праздника Геннадий Алексеевич сообщил мне, что приедут не только Перловы из Москвы и Абрикосовы из Крыма; в полном составе будут семейства Окиновых и Анохиных — с супругами и детьми. А к прилетевшим князьям отпустили княжичей из военных училищ. В воскресенье неожиданно порадовал и удивил Артур, позвонивший и сообщивший, что он в понедельник прилетит в Москву и вечером будет во Владимире. Отдельная делегация от Фениксовых — глава рода Вэй, он же Владимир Иванович и муж Кати — Кирилл Борисович. Ну, и наши местные — мои ровесники, наша кампания.
Я одет с иголочки, на шее бабочка с чёрной жемчужиной и встречаю гостей. Точнее, пока жду, но подъедут с минуты на минуту. А пока я даже как бы не знаю, что дарить мне будут школу и для чего там повязана красная ленточка. И даже не смотрю в ту сторону. Впрочем, в ту сторону я реально не смотрю: за школой высится, поблескивая в лучах солнца, стеклянный купол большого круглого здания — такого же, как на полигоне у Протасов, даже больше. Я думал, что буду здесь тренировать и развивать свою силу. Тренировать и развивать оказалось нечего. И каждый раз, когда я вижу этот купол, моё настроение рушится, как карточный домик от лёгкого дуновения ветра.
Наконец, подъезжает кавалькада машин, в том числе губернатор с князьями. Здороваюсь, принимаю поздравления. Начинается церемония перерезания ленточки. Мне вручают большой ключ и под аплодисменты, с широкой улыбкой, я поднимаю его над собой. Идём по школе. Занятия здесь начнутся после новогодних праздников; всё готово, только мебель нужно расставить. Проходим по этажам, осматриваем классы и большие помещения. Открываются широкие двери в столовую, где накрыты столы. Столовая хоть и школьная, но сегодня фуршет для неё готовили в ресторане «Золотое кольцо». По традиции праздник начинает отец Игнатий, провозглашающий «многая лета».
И я вдруг понимаю, что такой масштабный, но и семейный праздник — у меня в последний раз. Многие друзья уже уехали из города, остальные, да и я тоже, уедем будущим летом. В следующем году я буду где-то учиться и вряд ли попаду во Владимир. И, наверное, семнадцатилетие я буду полностью воспринимать спокойно, как взрослые вообще воспринимают свои дни рождения — без детской непосредственности, восторгов и ожидания чуда. Я к этому постепенно иду несколько лет и эмоций от праздника становится всё меньше; больше радует возможность общения с друзьями и теми, кто мне дорог. И не будь их сейчас рядом, никакой день рождения был бы мне не нужен…
В принципе, в самом деле — сейчас у меня прощание с детством. Впереди — взрослая жизнь.
Севернее Владимира. «Опытный участок».
Не смотря на зиму — я у облака. Беру шарик, захватываю ленту, загружаю, кладу шарик в коробку готовых. Снова беру шарик… зима, холодно. Пальцы сводит, но я боюсь разогреваться с помощью дара — не понятно, не изменятся ли в таком случае свойства шариков.
Учёба, тренировки, управление растущим хозяйством оставляли мало времени для развития дара, и когда я вошел в энергетическое зрение, то удивился тому, насколько сильнее стал. Даже подумалось: может, в самом деле Евич прав — это у меня не инициация пыталась пройти, а таким образом я переходил на какой-то новый уровень дара? Или что-то типа того? И не спросишь ведь ни у кого… А хотелось бы. Сам я сомневаюсь, что дар мог как-то на магическую силу повлиять.
Артур после моего дня рождения забрал все титановые шарики, что я успел зарядить и сказал, что отец обещал отпустить его на зимнее «квадронашествие». И я стараюсь как можно больше шариков зарядить, чтобы передать ему в январе. Пусть я не буду служить в армии — но вот так, этими шариками, я помогу тем, кто сейчас сражается. Ну, не сейчас, попозже. Когда шарики сертифицируют и передадут офицерам. И медикам, и тогда умирающих десантников и морпехов будет меньше — кого-то с их помощью получится вытащить.
