Пельдрам остановился, как бы наслаждаясь страхом злодея.
Кингстон был всегда отважен и не раз имел случай доказать это Пельдраму; но последний был также отважен, к тому же разница в годах была в его пользу, так как Кингстон приблизился уже к возрасту, когда силы слабеют и человек становится неповоротливым.
– Переходите к делу! – крикнул он. – Нет надобности в околичностях… Чем скорее мы покончим, тем лучше.
– Вы правы! – сказал Пельдрам и одним прыжком очутился близ своей жертвы; еще момент, и он всадил кинжал в грудь Кингстона, который упал с громким криком.
Пельдрам, не произнеся ни слова, вытащил кинжал из груди своего противника, очистил его от крови, затем набросил одеяло на скончавшегося преступника и вышел из комнаты. Он вернулся к тому месту, где оставил своего коня, вскочил на него и направился за пределы Лондона, к северу.
В тот же самый вечер многие высокопоставленные лица получили письма, доставленные загадочным образом. Одним из первых получил такое письмо первый лорд «Звездной палаты». Оно содержало следующие строки:
«Милорд, я хорошо знал, что нужно сделать, чтобы спасти честь верховного суда; поэтому я не дожидался Ваших прямых приказаний. Что касается меня, то я сделал все, что мог. Надеюсь, что Вы, Ваше сиятельство, окажете мне свое покровительство в том случае, если меня будут преследовать. Если бы заговорщики одержали верх, Кингстон перешел бы на их сторону, в этом я убежден. Впрочем, место моего пребывания указывает Вам, какое я предприму решение, если бы мои услуги оказались неоцененными.
Генслоу-Гайд, 1586 г. Пельдрам».
Вторым лицом, к которому обратился Пельдрам, был лорд Лестер.
«Милорд! – гласило его письмо. – Я освободил Вас от человека, который постоянно только и думал о том, как бы погубить Вас. Вам грозила бы полная гибель, если бы ему удалось добиться еще более высоких ступеней власти, чем теперь. Так примите же участие в моей судьбе и выхлопочите мне прощение. Ответ прикажите положить у белого креста в Генслоу-Гайде».
Третье письмо было адресовано лорду Берлею.
Пельдрам резко упрекал лорда в нарушении данного слова и грозил вывести на свет все их сношения, если тот не помилует его; кроме того, он клялся, что будет продолжать мстить и организует воровскую шайку, которая будет грабить и разорять Лондон и его окрестности.
Четвертое письмо получил Валингэм.
«Милорд! – написал ему Пельдрам. – Место, из которого я пишу Вам эти строки, уже само говорит за себя. На мой призыв за мной последуют все те, кто служит Вам теперь, и в особенности – кто имеет основание бояться Вас. Я поступил в «Звездную палату» только для того, чтобы выследить Кингстона, но мне пришлось избрать другую дорогу для мести, так как на избранном пути я не мог добиться поставленной мною себе цели. Кингстон убит, и если Вы действительно так умны, как это говорят, то Вы не только простите мне, но и назначите меня на место покойного; поверьте, что я могу служить Вам так же хорошо, как и он».
Это были все очень смелые требования, исходящие от беглого убийцы, и все-таки они были приняты!
Валингэм сам вернул Пельдрама в Лондон и передал ему место убитого Кингстона.
Таким образом, теория, будто для преследования преступников следует пользоваться услугами преступников, далеко не является открытием новейших времен, а практиковалась уже давным-давно.
Возможно также, что смерть верного помощника была более на руку Валингэму, чем это можно было думать. Теперь ему уже не надо было делиться с кем бы то ни было славой и наградой!
Берлей и Валингэм добились теперь поставленной им себе цели. У них в руках были ясные доказательства того, что Мария Стюарт не только интриговала против государственной безопасности Англии, но и принимала участие в заговоре на жизнь королевы Елизаветы.
Эти доказательства заключались в показаниях некоторых из арестованных, в показаниях, которые ожидались от других арестованных, в показаниях предателей и в переписке, которая была сразу раскрыта, так что удалось снять точные копии всех писем, которыми обменивалась Мария Стюарт с заговорщиками.
Теперь желание Елизаветы могло уже сбыться: она имела случай избавиться на законном основании от своей соперницы и навсегда обезвредить ее.
Но всех этих улик, добытых Валингэмом при раскрытии заговора, было ему недостаточно. Он хотел иметь в своих руках еще более бесспорные доказательства. С этой целью он с самого начала изолировал двух человек, близко стоявших к Марии, от процесса, направленного против Марии Стюарт. Это были оба секретаря Марии, Курл и Ноэ, которых задержали и арестовали на пути из Чартлея в Тиксаль.
Во время процесса над другими заговорщиками Валингэм приказал доставить обоих секретарей к себе на дом и там держать под строжайшим арестом. Из этого видно, какую важность придавал он этим лицам.
