На пути к справедливости полностью

 Мой желудок сжимается от его слов, и я закрываю глаза. Я действительно не в порядке, когда дело касается него. Открываю глаза и вижу, что Лиам держит мои порванные стринги перед моим лицом, пытаюсь забрать их у него. Когда снова тянусь к нему, он держит их на расстоянии вытянутой руки над головой. Я выдыхаю и скрещиваю руки.

 Он подносит стринги к носу, глубоко вдыхая и улыбаясь мне.

 —Сладкая, это самый сладкий аромат.

 Мое лицо горит, я опять пытаюсь забрать у него свои трусики.

 — Не думала, что у парней есть любимые шмотки. Разве это не девчачья фишка? — Спрашиваю я с раздражением.

 — Девчачья? — Лиам улыбается. Он, конечно же, в хорошем настроении. — Ты сомневаешься в моей мужественности, дорогая?

 Я тихонько вздыхаю и не могу сдержать хихиканье. — Я бы не рискнула.

 Лиам смеется, тянет меня в свои объятия, целуя. Мое дыхание перехватывает от того, как сильно я люблю этого человека. Он отпускает меня на шаг назад и надевает рубашку.

 — Я задал тебе вопрос, Кэйтлин.

 Встречаюсь с ним взглядом и поднимаю бровь.

 Вот черт. Какой был вопрос?

 — Ты проголодалась?

 Ой. — Нет. Я наелась попкорна.

— Хорошо. — Он изучает меня. Его глаза блестят. — Пойдем со мной.

— Как скажешь, — отвечаю я, у меня снова перехватывает дыхание от мысли о том, что означает этот блеск в его глазах.

 Он протягивает мне руку, и это кажется таким символичным. Подаю ему руку в ответ. Он ведет меня обратно в лифт.

 — Куда мы идем?

 Его ответная улыбка заставляет меня немного нервничать, и я наблюдаю, как он нажимает цифру один на панели управления.

 — Зачем мы спускаемся …?

 Он сжимает мою руку и притягивает к себе. — У меня сюрприз.

 Когда я натянуто улыбаюсь, он смеется, а двери лифта открываются.

 За пределами лифта темно.

 — Оставайся здесь.

 — Хорошо. — У меня нет выбора. Однако, как только он исчезает в темноте, я жалею, что не пошла с ним.

 Мне не нравится это.

 — Лиам?

 Мне определенно это не нравится.

 Когда вижу свет где-то глубоко в недрах комнаты, я вздыхаю с облегчением. Бра прямо возле лифта загораются, имитируя реальное пламя. Теперь я вижу, что прямо напротив двери лифта находятся большой письменный стол и стул.

 Лиам возвращается, протягивая руку. — Ты думала, что я оставил тебя?

 Я нервно оглядываюсь вокруг. — Или кто-то утащил тебя...

 Он громко смеется, прижимая меня к себе. Его кожа такая теплая. Здесь достаточно холодно.  — Не волнуйся, я не позволю ничему и никому утащить меня от тебя, дорогая.

 Я смотрю на Лиама, а мое сердце чуть не выпрыгивает из груди.

 — Пойдем. — Он хватает мою руку и останавливается, когда я не двигаюсь с места. Он медленно приподнимает брови в вопросительном жесте. — Какие-то проблемы, дорогая?

 Почему мы здесь?

 — Это зависит от ... — мой голос мягкий и с придыханием, — того, в чем заключается твой сюрприз.

 Он просто смотрит на меня с нечитаемым выражением лица.

 — Нет, — мягко отвечаю я на его вопрос.

 Он ведет меня из лифта в коридор. Потолок, пол, стены — все из камня. Стараюсь не отставать от него, пока он ведет меня по короткому коридору, и когда мы доходим до конца, то упираемся в железные ворота около семи футов в высоту и достаточно широкие, чтобы надежно блокировать проход дальше. Сейчас они открыты, и Лиам проводит меня в большую пещеру размером с комнату.

 — Стой здесь, — говорит он, отпуская мою руку. Я едва слышу его.

 Я видела это место на одном из мониторов несколько недель назад, когда была в кабинете службы безопасности. В глаза сразу бросается большой крест, который является главным атрибутом в комнате. Очень хорошо помню молодую женщину, привязанную к этому кресту, когда мужчина использовал хлыст. Стараюсь прогнать жуткие воспоминания и разглядываю другие предметы интерьера.

 Охренеть.

 Возле каменных стен стоят столы с ремнями. Перед началом работы в «Джастис Хаус» я навела справки в интернете, поэтому немного в курсе их предназначения. Здесь есть еще один небольшой деревянный крест на противоположной стороне. Рядом с ним хитрое изобретение, напоминающее частокол (прим. перев. — забор из кольев).

 Освещение обеспечивается тусклыми, мерцающими, настенными бра, размещенными вдоль стен. Совсем как в подземелье средневековья…

Лиам берет меня за руку и слегка встряхивает.

 — Расслабься, Кэйтлин.

 — Зачем мы здесь? — Я обнимаю себя руками.

 Его это позабавило. — Ты не хочешь увидеть весь твой дом?

 Что? Я ищу его глаза, чтобы убедиться в том, что он меня дразнит.

 — Я говорил тебе, дорогая, у меня для тебя сюрприз. — Я отворачиваюсь. — Пойдем.

 Пока он ведет меня дальше, замечаю, что на задней стене прикреплены флоггеры, хлысты, ремни и трости.

 Ощущения, возникшие в моем животе, не имеют никакого отношения к ребенку, у меня возникает внезапное желание бежать.

 Мы проходим через еще одни двери. Ничего не видно из-за жуткой темноты.

 Он вдруг останавливает меня.

 — Закрой глаза.

 — Что? — Я осматриваюсь вокруг, а затем вижу, что Лиам смотрит на меня, и даже в тусклом освещении вижу блеск в его темных глазах.