Первый секретарь был вне себя и ответил Сергею: «Ты что, совсем сошел с ума? Ты о чем говоришь? Везде комсомольцы одинаковые. Какая специфика? Какое творчество? У всех один устав ВЛКСМ. Нам еще не хватало опять НЭП вернуть, капиталистические манеры в молодежь запустить. И так задницы джинсами обтянули, фарцовщики кругом длинноволосые. Так можно прийти к тому, что было в Венгрии и Чехословакии. Совсем не понимаешь?»
Но Сергей не отступал: «Александр, зачем так переворачивать мои слова? Я лишь сказал о специфике в работе, о творческом подходе в решении поставленных задач, о новых формах и методах. Нельзя уже молодежь удержать в армейской упряжке. Мир меняется. Молодежь стала ездить за границу. Она там видит другую жизнь и другие отношения. Многие после поездки за границу не хотят жить слепо подчиняясь указаниям аппарата райкома комсомола. Так работая, мы потеряем молодежь». Александр вскипел от слов Сергея. Но немного успокоившись, сказал: «Сергей, я так на тебя рассчитывал. Мне очень нравилось, как ты работаешь. Но ты переходишь допустимую черту. Ты не понимаешь, к чему это приведет. Как я в тебе ошибся. Уходи. Я буду думать, как дальше двигаться вперед – с вами или без вас».
