Не играл в карты и Зязульский. Он сначала сидел поодаль и пыхтел цигаркой, скрученной из махорки. А чтобы махорочный дым не бил в интеллигентские носы, он разгонял его рукой, так как обладатели этих носов обычно заявляли протест. Вот и теперь Тарас Иванович, фыркнув, проговорил, глядя в сторону Зязульского:
- Эй ты, папаша-двустволка! Опять зачадил!
Зязульский швырнул свою соску-цигарку. Она упала в углу на парту и, как ракета, брызнула искрами.
- Ты школу спалишь! - снова набросился на него Широкий.
Зязульский затоптал окурок, подошел и столу и остановился за спинами игроков. Когда банкомет начал класть карты в ряды, на мгновение стало тихо как в могиле.
Во втором ряду не вышла ничья карта.
- Мост кладет! [Класть мост - не дать платной карты] - сказал, Найдус и глянул на неверную Тамару Алексеевну.
- Для банка это недобрый знак, - отозвался Базыль.
- Есть! - крикнул Коренчик и выбросил на стол червонного валета.
- Вернул свою ставку, - отозвался Садович и также выбросил карту.
Банкомет приготовился выкладывать четвертый ряд. Напряжение игроков увеличилось.
- Моя! - сказала Тамара Алексеевна и засмеялась.
Банкомет заплатил деньги и положил вторую карту четвертого ряда.
- Моя! - еще громче заявила Тамара Алексеевна.
Раздались шумные одобрительные возгласы.
- Ей в любви и в картах везет, - грустно сказал Найдус.
- Ну, ты так даешь, что сейчас игрока потеряешь. Давай девятый ряд! загремел Тарас Иванович.
Напряжение еще более возросло.
Базыль осторожно подвинул вниз девятую карту, взглянул на ее край, вздохнул, кивнул головой направо и налево, чтобы узнать, чья берет девятый ряд. Приятно улыбнувшись, он ткнул пальцем в карты Садовича.
- Старик! - крикнул Садович. - Девяносто копеек заработал!
Тарас Иванович с шумом швырнул на стол карты.
- Продул шестьдесят копеек, - признался Помахайлик.
- Скупой ты, Базыль, человек, - фыркнул сиделец.
- У него и снега на святках не получишь, - с укором проговорил Широкий.
- Не по-соседски поступаешь, Базыль, - упрекнул его и старшина.
Тамара Алексеевна и Садович похвалили банкомета:
- Молодец, Базыль!
- Для вас всегда готов! - отозвался с приятной улыбкой Базыль. Банк удвоился. Банкомет снова начал тасовать карты.
- Вот везет, как некрещеному: с первой сдачи банк удвоил! - с завистью проговорил Помахайлик.
Игроки тем временем снова полезли в карманы.
- Что же ты, милочка, так сидишь? - спросил Зязульский Лобановича. Возьми карточку. По пятачку. Много не проиграешь и не выиграешь, а время проведешь приятно... Дай папиросу.
Лобанович и сам порывался присоединиться к играющим. - очень было соблазнительно и интересно.
- Дай нам пару карточек, - сказал Зязульский банкомету.
- Пожалуйста.
- Хорошие карты! - шепнул Зязульский, взглянув на бубновую девятку и крестового короля. Он принял самое живое участие в новой роли Лобановича. Поставь на девятку десять копеек, а на короля пять... Стой, я еще примажу пять копеек на девятку. - Зязульский пошарил в карманах и вытащил медяк. Ставь смело!
Игроки все больше входили в азарт. В банке было довольно много денег. Кто проиграл, тому хотелось отыграться и еще заработать, а кто выиграл, тому хотелось выигрыш свой увеличить. И деньги громче и чаще звенели на столе, плывя в банк.
Коренчик ворожил на пальцах: валет - семерка, валет - семерка. И старался попасть пальцем в палец, разводя руки в стороны и делая ими несколько вращательных движений. И когда выходило, что пальцы сталкивались при слове "валет", то на валета и ставилось больше.
У Помахайлика был другой способ ворожбы. Он клал карты ровненько на край стола и ударял по ним ладонью; та карта, которая отлетала дальше, ценилась выше.
Колдовал и Найдус, но его колдовство было особого порядка. Тут было что-то задумано и загадано. Не одни только деньги принимались во внимание: к нему пришла червонная дама, которая символизировала собой Тамару Алексеевну. Найдус отложил даму и тихонько подсунул под нее полтинник, а потом, подумав, положил сверху еще гривенник и сказал банкомету:
- На карте и под картою.
Банкомет кивнул головой и начал выкладывать ряды, говоря:
- Берите деньги.
- Рано вышла! - сказал Помахайлик, выбрасывая на стол карту.
- Наша возьмет! - подбадривал Зязульский Лобановича.
- Гони сюда! - крикнул Тарас Иванович и отвернул свою карту, под которой лежал рубль.
- Вот угадает поставить! - удивился банкомет, отсчитывая три рубля.
- Я же тебе четыре просадил.
В четвертом ряду взял король Лобановича на пять копеек. Все смеялись, а Зязульский сказал:
- Мы еще девятый ряд возьмем. Пять копеек заработал - и то хорошо.
С замиранием сердца все ждали девятого вала. Банкомет посмотрел в сторону Тараса Ивановича и Найдуса.
- Не дать бы им...
- Нам давай! - кричал Зязульский
- А у вас что?
Лобанович показал девятку.
- Ваша! - радостно крикнул Базыль.
- А что?
И Зязульский начал многозначительно подталкивать локтем Лобановича, а игроки со злостью бросили карты.
Бедный Найдус хотел незаметно взять полтинник из-под своей карты, но банкомет зорко следил за ним.
- Гони, гони! - и забрал полтинник и гривенник.
