Зои нигде не было, но Артем не мог ошибиться — о ее не столь давнем присутствии здесь говорили витавшие в воздухе остатки знакомого аромата и выразительно раскиданная постель. Обманутый жених метался по квартире, разбрасывая попадавшиеся по дороге стулья. Женя набросил висевший в прихожей халат и тоже поплелся в комнату. Один глаз у него заплыл, челюсть ныла, душа страдала от унижения, но сейчас он чувствовал себя не в силах вступить в единоборство с напоминавшим взбесившегося льва Артемом, к тому же сточки зрения мужских понятий о справедливости последний был безусловно прав. Поэтому, устало упав на диван, Женя со вздохом произнес:
— Да нет ее здесь, успокойся.
— А где? — Доронин угрожающе вперил в него сверкающий взгляд.
— Я не больше твоего знаю — ушла, мне не сказала.
Слова его звучали достаточно искренне, да и не верить у Артема, в общем-то, не было оснований, поэтому он взял стул, развернул спинкой вперед и, усевшись на него верхом напротив Жени, продолжил допрос.
— В котором часу ушла?
— Не знаю, говорю же: я заснул и только проснулся. Раз нигде нет, значит, ушла.
— Ладно, тогда я по-другому построю вопрос: в котором часу утра вы закончили трахаться?
Женя покосился здоровым глазом на брошенного жениха — вроде бы успокоился — и ответил честно:
— Часа в четыре, может, в пять. Если честно, я тогда уже плохо соображал.
Неожиданно для него Артем ухмыльнулся.
— Понятно, она может так заездить, что свет белым не покажется. Однако вот в чем вопрос: у нее не было ни копейки, я специально за этим следил, чтобы она не сбежала. Так куда же она могла пойти без денег? Ты давал ей деньги?
— Ничего не давал, она и не просила, — взгляд Жени внезапно уперся в лежавший на столе открытый бумажник, и он подскочил, — ах, черт!
— Много не хватает? — с некоторым даже сочувствием спросил Артем, видя, как его собеседник, пересчитав рубли и доллары, начал яростно рыться в карманах пиджака — может, куда-то в другое место сунул.
— Обокрала, зараза! — отбросив пиджак, Женя в гневе схватил Доронина за воротник. — Вы оба с ней меня обокрали, возвращай мои деньги!
— Ручки-то убери, — ничуть не обидевшись, возразил Артем, — я-то причем? Я тебя что, просил ее вчера увозить? Сам и напросился.
— Сука! — Женя в ярости заметался по комнате. — Это ей так не пройдет, я сейчас в милицию позвоню, пусть ее задержат!
— Ну и что ты скажешь в милиции? — явно потешаясь, поинтересовался Артем. — Она тебя что, в автобусе или в магазине обчистила? Ты сам ее сюда привел, она тебя обслужила по всей форме и взяла то, что ей положено за труд. Скажешь, она плохо с тобой поработала?
— Какой труд?
— Обычный — Зойка проститутка, ты еще не понял?
— Проститутка? Ты шутишь? — от удивления уцелевший в битве глаз Жени полез на лоб. — Но как же — ты ведь собирался… на ней жениться?
— Я и сейчас собираюсь, какая мне разница? Она сводит с ума, доводит до экстаза, как ни одна другая женщина. Да что я тебе рассказываю, ты сам это нынче понял!
— Гм. Да, но, — Женя смущенно потрогал заплывший глаз, — как-то все-таки… Жениться на проститутке… Ладно, это, конечно, твое личное дело. Прости, что так некстати вмешался в твою жизнь.
— Ерунда, я, по здравому размышлению, тоже зря раскипятился. Понимаешь, меня постоянно мучает страх, что она полюбит кого-нибудь, не меня. Секс для проститутки — ерунда, она за деньги с кем угодно будет трахаться, а вот ее любовь… Но раз она от тебя тоже сбежала, то меня это уже не колышет. Ты холодного к глазу приложи. Больно?
— Ну, не так, чтобы испытывать райское блаженство, но терпимо, — хмыкнул Женя и, провожая Доронина до двери, не удержался, спросил: — И что ты теперь намерен делать?
— Поеду за ней — я примерно знаю, где ее искать. Тебе, правда, не скажу, — рассмеялся Артем.
Уже заперев за ним дверь, Женя ахнул, пораженный ужасной мыслью, и полез в платяной шкаф. Порывшись немного, он с облегчением вздохнул — пачка «зеленых» была на своем месте.
На утренний рейс Артем опоздал и, подумав, решил не ждать вечернего, а лететь через Москву. В результате до гостиницы он добрался к шести вечера. Номер уже за ним не числился, но дежурная беспрекословно дала ключ.
— Вернулись? А мы в ваш номер никого не заселили, сейчас я вас быстренько назад оформлю.
Бутылка с бренди стояла в шкафчике на своем месте, Доронин плеснул себе в стакан и едва сделал глоток, как зазвонил телефон.
— Мое почтение, — пролаяла трубка голосом прокурора Баяндина, — узнал, что вы вернулись. Минут через двадцать подъеду к вам в гостиницу, не возражаете?
Артем сначала хотел послать его к черту, потом передумал.
— Приезжайте.
Едва войдя в номер, прокурор резко спросил:
— В чем дело, почему вокруг этого дела до сих пор царит гробовое молчание? — опустившись на стул, он презрительно скользнул взглядом по стоявшей на столе бутылке с бренди и стакану. — Или вы выполняете чей-то заказ и решили похоронить материалы, которые от меня получили? Предупреждаю: вы рискуете скомпрометировать себя, как журналиста.
