У них с папой был уговор: если мальчик — имя дает он, если девочка — мама. И воспитание они тоже поделили. Димку «вел», как он это называет, папа, и мама не вмешивалась, только обнимала сына, утешала, если болел — в общем, ухаживала и жалела. Точно так же Настю голубил и баловал папа. Мама — нет. Всегда была требовательна, разговаривала, как с взрослой, с раннего детства: слова подбирала понятные, а правила или принципы, с которыми потом жить всю жизнь, могли быть и очень непростыми.
В свое время маму точно так же воспитывала покойная бабушка Лидия Кирилловна, бывшая смолянка. Она рассказывала, что их, «благородных девиц», держали в спартанской скудости и строгости. Подъем — в шесть утра. Умывались холодной, а в зимнее время ледяной водой. Кормили мало и невкусно, чтоб девочки не выросли чревоугодницами. К родителям отпускали только на каникулы. Если свидания — по особому разрешению и непременно в присутствии классной надзирательницы. Чтоб никаких поцелуев, никаких сюсю. И всё время, каждую минуту учили чему-то, что может пригодиться в жизни. Не только наукам, а умению поддерживать учтивый и интересный разговор, писать письма, извиняться и принимать извинения, правильно держаться с мужчинами, даже поведению на похоронах. И никогда, ни при каких обстоятельствах не выказывать уныния. Девиз Смольного института: «Быть солнышком». А главных правил у институток было четыре: умей справляться с трудностями; следи за осанкой; имей довольное жизнью лицо; говори бодрым голосом. «Всегда соблюдай эти четыре заповеди, а остальное приложится», — учила бабушка. Вот уж кто был солнышко. Даже когда умирала от рака. Придешь в палату — лежит бледная, сухонькая, но улыбается и голос веселый. До самого конца выглядела, словно фарфоровая статуэтка.
Однажды, лет в одиннадцать, Настя спросила маму: почему бабушка вышла за дедушку? Дедушка был напористый, легко сердился, а когда рассердится — кричал и ругался, иногда неприличными словами. Они были странная пара. Лидия Кирилловна утонченная, аристократичная, а дедушка с грубо слепленным лицом и говорил не очень правильно: «ихний», «ехаю», любил к месту и не к месту сказать, что он «от сохи». Шутил, что они с «Лидкой» оба закончили Смольный, только он там учился революции, а не «цирлихам-манирлихам».
И мама шестикласснице с косичками прочитала лекцию, которая запомнилась.
— Понимаешь, Настя, мы живем в мире, где главное решение в жизни женщины — правильно выбрать спутника. Не ошибиться. Выбрать за качество, которое для тебя привлекательней всего. Бабушка полюбила дедушку за то, что он — как капитан корабля. Им досталось очень трудное, опасное время, а он всегда знал, как уберечь семейный корабль от любых бурь. А я знала, что для меня в мужчине самое драгоценное — ум. Твой папа был самым умным из молодых людей, кого я встретила в жизни. Отец был против этого брака, ему хотелось, чтобы я вышла за другого нашего знакомого, сына большого начальника, но я настояла на своем. Запомни правило: уступай в мелочах, причем без ворчания, с улыбкой, но будь тверда в том, что для тебя по-настоящему важно. А уж в выборе спутника жизни слушайся только своего внутреннего голоса. Он подскажет, что тебе нужнее всего.
Вспомнила Настя тот разговор и сейчас. Вытерла слезы.
Хватит киснуть. Надо быть твердой. Тучи сами собой не разойдутся.
И пошла к маме. С ней можно говорить о чем угодно. Она поймет и поможет.
Объяснила, что произошло.
Мама, как обычно, выслушала внимательно и серьезно, ни разу не перебила. Если Настя запиналась, подбирая слова, терпеливо ждала. Потом сказала:
— Я не успела его толком рассмотреть. Мы разговаривали меньше минуты. Помню: красивый мальчик, интеллигентный, конфузится. Ты говоришь, он грубо с тобой разговаривал, бросил трубку? После того, как признался в любви? Необычное поведение для такого юноши. Впрочем, я к нему внимательно не присматривалась. В голову не пришло, что у вас с ним могут возникнуть отношения.
— У него что-то происходит. Что-то плохое. Я чувствую, — сказала Настя, волнуясь. — Это не дает мне покоя.
— Раз не дает покоя, значит надо действовать… Или не надо. — Мама смотрела сочувственно. — Для того, чтобы решить, нужно тебе проявлять инициативу или нет, сначала разберись в своих чувствах. Никто за тебя это не сделает. Попробуй понять, сформулировать: чем он тебе нравится? Не только ведь внешностью?
Настя задумалась.
— Ну… Марк не похож на других ребят… Он естественный, ничего из себя не строит. Искренний… И очень хороший — это чувствуется. Не только чувствуется, — поправилась она. — У него мать болела, он за нее волновался и ушел с моего дня рождения. А потом сам вызвался сходить со мной в больницу к дедушке…
— Он тебя обидел, ни за что. Значит, не такой уж он сахарный, — пожала плечами мама. — Думай еще.
— Мне с ним… хорошо. Как-то… правильно.
— Это чувства, а они меняются. Вот если ты сумеешь себе объяснить, почему тебе с ним хорошо и правильно — иное дело. Попробуй.
Попробовала. Не вышло.
