Странно видеть бескомпромиссного тренера во главе команды вокружении некомпетентных советников: отца Тихона, Алексея и Виктора Сафоновых. Среди них лишь Козлов обладал определенными знаниями, которые могли быть полезны суровому старику.
Иван Семенович Макаров с советских времен держал игроков в ежовых рукавицах. Упертый и целеустремленный, он никогда не признавал чужих мнений. На старость лет он решил поработать с нашей командой, явно недооценивая степень влияния окружающих его людей. Отец Тихон, помимо молитв и исповедей всерьез влиял на формирование состава и выбор тактических схем. Поначалу Макар даже не замечал его присутствия, но с каждым туром духовник все больше встревал с бредовыми идеями, которые казались умными только ему.
Не так давно, перед победным матчем с Урожаем Тихон в сопровождении президента вышел на поле центрального стадиона. На предматчевой тренировке Иван Семенович терзал нас наставлениями, искренне пытаясь залезть в душу каждого игрока. Духовник перебил тренера и попросил дать ему слово дабы благословить команду. Тот замолк. Удивленно посмотрел на него, до ужаса сморщив лицо. Хотел что-то сказать, но сдержался. Тихон же не просто духовник, а часть тренерского штаба.
Благословение оказалось неожиданным. И чем дольше оно длилось, тем краснее становились прожилки на взбешенных тренерских глазах. Макар молчал. Дряблые гладковыбритые щеки багровели с каждым услышанным словом. Но Тихона не мог остановить никто. Ведь он правая рука президента. Закончив притчу о Давиде и Голиафе, он перешел к тактике.
– Главное – это правильный план. – Говорил Тихон, и нам приходилось слушать. – В атаке играйте поуже! В обороне – пошире.
– Да наоборот все надо делать! НА-О-БО-РОТ! – Не сдержался Макаров.
Он был похож на разъяренного быка, готового растерзать духовника, как красную тряпку.
– Урожай – скоростная и техничная команда. Вся их игра построена на забегах и быстром взаимодействии друг с другом. Они стараются катать мяч и за счет техничных нападающих вскрывают линию защиты. Нам надо лишить их скорости и пространства. Дать возможность Руфусу сожрать каждую их атаку и рассчитывать на контрвыпады.
– А я что сказал? – Спросил Тихон.
– Про скорость и пространство совсем ничего.
Глаза Тихона засияли. Словно божественное провидение вновь коснулось его десниц. Он подозвал работника, собирающегося стричь газон, и попросил этого не делать. Как минимум до начала матча.
– И еще. – Окликнул он, обрадованного возможностью побездельничать работягу. – Возьмите краску и затрите разметку. Сузьте поле до минимально-допустимых размеров.
План сработал. Уловки Тихона помогли добиться победы и лишний раз заставили считаться с его мнением. Макаров воспринимал это без восторга. Он не желал делиться тренерской властью со сторонними дилетантами, но и отказываться от баснословного гонорара тоже не хотел. Приходилось искать компромиссы, что было чуждо его натуре. Соглашаясь с предложениями, от которых нельзя отказаться, он улыбался им в лицо, но ненавидел в душе.
Так случилось и со мной. Сказав «да» Пегасу, Макаров выполнил его просьбу.Выставив меня на матч с Энергетиком, он поставил на мне крест. После этой игры я не появлялся не то, что в основе, но и даже на скамейке запасных. Сделав меня предметом отмщения, он не давал мне играть и зарабатывать деньги. Клуб уверенно обходился без опытного ветерана. Уже три матча, я наблюдал за победами со стороны и терял деньги.
Времени на оплату долгов почти не осталось. Каждая неделя пожирала меня тоской. Старый пердун пошел на принцип, поставив точку на моей карьере. Попытки поговорить с ним, вызывали бешенство, под влиянием которого он настоятельно рекомендовал мне уйти из футбола.
Выброшенный из игры, я одиноко бухал в своей комнате. Остальные игроки отдыхали в квартирах после очередной победы, и лишь я скрашивал одиночество в рандеву с бутылкой пива. Спать совсем не хотелось. Лишь закрою глаза, как приходят кошмары. Я ощущал беспомощность в плену сложившихся обстоятельств.
Впрочем, не все так уж и плохо. Матрас под задницей приятно выпирал от плотно сложенных денежных знаков. Какую-то сумму я скопил. Но где брать остальное? Да и конченным в футбольном плане, я себя еще не считал. Всему виной сделка с дьяволом. Чертова игра в поддавки. Предательство своих ради раболепия перед влиятельным боссом. Ну а куда мне было деваться? Разве что в петлю.
Стук в дверь прервал грустные размышления. Не успел я испугаться, как увидел пьяное лицо Чичи. Он всегда знал момент, когда стоит зайти в гости.
– Она меня бросила. – Еле разборчиво пробубнил он. – Я ради нее был на все готов. На всё! Бросил пить, курить… даже табак. Завязал с азартными играми. По ночным клубам практически не шастал. Стал святым, как отец Тихон. И все ради нее, а она…
Он разрыдался. Я по-товарищески обнял его. В этот вечер, паршиво было не только мне.
– Возьми себя в руки! – Сказал я, слегка встряхнув его за плечи. – Не у одного тебя дерьмовый день.
– А давай выпьем?
Чичикин раскрыл рюкзак и вытащил из него бутылку водки «Пегас».
