Когда, что нужно, сказано в начале,А нового пока не написать,Оно приходит — мужество молчанья,Велит слова на ветер не бросать.Мы отдыха не просим, а напротив —Нам стоит крови каждый перерыв…И у поэта вечно где-то бродитПока что неосознанный мотив.И если он звучит немного тише,Не взял за горло и не бросил в дрожь,Не тронь пера. Ведь если ты напишешь —Напишешь дрянь, и сам её порвёшь.Как дразнится бессилием сознанье,И тяжело смотреть в глаза друзьям…Нет! Это вправду мужество — молчаньеВ те дни, когда ещё сказать нельзя.1945<p>Эвакуация</p>Война не вошла ещё в быт в эти числа.Скрипели платформы в далёкую тьму.И каждый беженец был как призрак —В угольной копоти и в дыму.Движение в безвесть… Дороги капризны…Дороги — гнетут… Но стоят вечера,И манят, и манят намёками жизни,Что брошена нами всего лишь вчера.Ещё не смело моих детских мечтанийДыханьем войны с духотой поездов…Я жадно читал в расписаньях названьяДалёких, курортных, морских городов.И жадно завидовал артбригаде,Когда, подвезя её, встал тяжелоРядом на станции в ПавлоградеВстречный воинский эшелон.Я помню порыввосхищённой веры,Когда подошли к другим и ко мнес поезда сдержанные офицерыИ стали расспрашивать нас о войне.Давно это было. В чаду это было…Но сцену запомнил я как наизусть.Тогда я в них видел одну только силу.Теперь вспоминаю их скрытую грусть.Но я ведь не знал, как огромно лихо,Которое пало на плечи нам,И как это страшно — неразбериха,Когда ты в неё попадаешь сам.Я верил, что близко уже до развязки.Я верил… А ждали всех этих людейГоречь трагедии в Первомайске,Разгром… Окружение… Гибель друзей.Мне век не забыть этой душной дороги,Солдат запылённых, что едут на юг…И вечно мне видеть, как, грустный и строгий,У нашей платформы стоит политрук.И снова всплывает седое от пылиС глазами внимательными лицо…Он веровал в Правду. И знал её силу.И верить в неё научил бойцов.А когда его полк под огнём металсяИ руки вверх поднимал в дыму,Я знаю: ни в чём он не поколебался.Но очень больно было ему.Да, очень… Давно позади эти бедыИ мир на земле воцарился давно,Но ту его боль даже счастью ПобедыВо мне до сих пор перекрыть не дано.Ведь в злой безысходности давнего боя,В руках, поднимавшихся вверх тяжело,Вся боль нашей веры, вся суть нашей боли —Всё то, что вело нас. И что довело.1947–2007<p>Якобинец</p>
