Свет похож на тьму,В мыслях — пелена.Тридцать лет томуНачалась война.Диктор — словно рад…Душно, думать лень.Тридцать лет назадБыл просторный день.Стала лишней ложь,Был я братству рад…А ещё был дождь —Тридцать лет назад.Дождь, азарт игры,Веры и мечты…Сколько с той порыУтекло воды?Сколько средь полейУ различных рекПолегло парней,Молодых навек?Разве их сочтёшь?Раны — жизнь души.Открывалась ложьВ свете новой лжи…Хоть как раз тогдаЧестной прозе дняНачала бедаОбучать меня.Я давно другой,Проступила суть.Мой ничьей тоскойНе оплачен путь.Но всё та же ложьОмрачает день.Стал на тьму похожСвет — и думать лень.Что осталось?.. Быт,Суета, дела…То ли совесть спит,То ли жизнь прошла.То ль свой суд вершатПлешь да седина…Тридцать лет назадНачалась война.1971<p>«Неужели птицы пели…»</p>Неужели птицы пели,Без пальто гуляли мы?Ранний март в конце апреляДавит призраком зимы.Холод неба, зябкость улиц,Ночь без бодрости и сна…Что-то слишком затянуласьНынче ранняя весна.Как тот призрак с места сдвинуть,Заблистать в лучах реке?Мир в пути застрял — и стынетОт тепла невдалеке.Это всё — каприз природы,Шутки солнечных лучей…Но в родстве с такой погодойДля меня весь ход вещей.Всё, с чего гнетёт усталость,Всё, что мне внушало злость,Тоже кончилось, осталосьИ торчит, как в горле кость.В светлых мыслях — жизнь иная,Сам же — в этой дни влачу:Что-то вижу, что-то знаю,Чем-то брежу — и молчу.Словно виден свет вершины,А вокруг всё та же мгла.Словно впрямь — застрял и стынуНа ветру, вблизи тепла.29 апреля, 1 августа 1972<p>«Уже июнь. Темней вокруг кусты…»</p>
