Бог за измену отнял душу.Глаза покрылись мутным льдом.В живых осталась только туша,И вот — нависла над листом.Торчит всей тяжестью огромной,Свою понять пытаясь тьму.И что-то помнит… Что-то помнит…А что — не вспомнит… Ни к чему.1977<p>Эмигрантское</p>Не назад же! — Пусть тут глупость непреклонна.Пусть как рвотное мне полые слова.Трюм планеты, зло открывший все кингстоны, —Вот такой мне нынче видится Москва.Там вода уже — над всем, что было высью.Там судьба уже —ревёт, борта сверля… …Что же злюсь яна игрушечные мысли Здесь —на палубе того же корабля?1977<p>Письмо в Москву</p>Сквозь безнадёгу всех разлук,Что трут, как цепи,«We will be happy!»[2], дальний друг,«We will be happy!»«We will be happy!» — как всегда!Хоть ближе пламя.Хоть века стыдная бедаВисит над нами.Мы оба шепчем: «Пронеси!»Почти синхронно.Я тут — сбежав… Ты там — вблизиЗубов дракона.Ни здесь, ни там спасенья нет —Чернеют степи…Но что бы ни было — привет! —«We will be happy!»«We will be happy!» — странный звук.Но верю в это:Мы будем счастливы, мой друг,Хоть видов — нету.Там, близ дракона, — нелегко.И здесь — непросто.Я так забрался далеко,В глушь… В город Бостон.Здесь вместо мыслей — пустяки.И тот — как этот.Здесь даже чувствовать стихи —Есть точный метод.Нам не прорвать порочный круг,С ним силой мерясь…Но плюнуть — можно… Плюнем, друг! —Проявим серость.Проявим серость… Суета —Все притязанья.Наш век всё спутал — все цвета.И все названья.И кругом ходит голова.Всем скучно в мире.А нам — не скучно… Дважды два —Пока четыре.И глупо с думой на челеСкорбеть, насупясь.Ну кто не знал, что на землеБессмертна глупость?Что за нос водит нас мечтаИ зря тревожит?Да… Мудрость миром никогдаВладеть не сможет!Но в миг любой — пусть век колюч,Пусть всё в нем — дробно,Она, как солнце из-за туч,Блеснуть — способна.И сквозь туман, сквозь лень и спесь,Сквозь боль и страстиТы вдруг увидишь мир как есть,И это — счастье.И никуда я не ушёл.Вино — в стаканы.Мы — за столом!.. Хоть стал наш стол —В ширь океана.Гляжу на вас сквозь целый мир,Хочу вглядеться…Не видно лиц… Но длится пирУма и сердца.Всё тот же пир… И пусть темноВ душе, как в склепе,«We will be happy!»… Всё равно —«We will be happy!»Да, всё равно… Пусть меркнет мысль,Пусть глохнут вести,Пусть жизнь ползёт по склону вниз,И мы — с ней вместе.Ползёт на плаху к палачу,Трубя: «Дорогу!»…«We will be happy!» — я кричуСквозь безнадёгу.«We will be happy!» — чувств настой.Не фраза — веха.И символ веры в тьме пустойНа скосе века.1977<p>Кое-кому</p>
