— Не дёргайся, — холодно велел Джеймс, и, хотя это было ну совершенно нелогично, Сенера подчинилась. Они остановились в двух метрах от Варгена, и журналист смотрел в глаза своему противнику, словно ждал, пока тот предложит более выгодные условия.
— Мне нужны гарантии, — промолвил он. — Что вы оставите меня в покое. И зачем вам ледяная ведьма?
— Ты хочешь и об этом написать статью? — ухмыльнулся Дэвой. — Как ты можешь ставить условия, мальчик, если тебя вот-вот убьют?
Сенере показалось, что весь мир вокруг стремительно замерзает. Она опустила взгляд и увидела, что ледяная корка медленно расползается по всему её платью, превращая его в нечто белое, узорчатое — она никогда в жизни не видела такой ткани! Во что-то похожее был одет, впрочем, Лионель Доре, тоже остановивший на миг своих ледяных слуг — и чего он ждал? Неужели и вправду власть Джеймса над Лионелем была достаточно велика, чтобы заставить его замёрзнуть?
Хортон не сводил глаз с Варгена — а потом протянул руку во властном, совершенно несвойственном ему жесте.
Сенера даже не успела понять, что происходит. Чёрная трость, до сих пор покорная своему хозяину, вырвалась из рук Варгена, и Джеймс поймал её, так легко, словно всю жизнь этим занимался, и ударил ею об пол.
— Я внимательно слушаю, — проронил он необычным, низким голосом, в котором отчётливо звенели властные нотки, — что ты ещё готов предложить мне за ледяную ведьму.
— Журналист, — хмыкнул Варген, — да ты зарываешься…
— Прежде чем обращаться, — ухмыльнулся Джеймс, — убедись, с кем ты разговариваешь. И проверь, не украл ли ты с магией немного больше, чем ожидал… А ледяная ведьма пригодится и мне самому.
Он взглянул на Сенеру, и девушка с трудом сдержала вскрик, рвущийся наружу.
Светлые, серо-голубые глаза Джеймса теперь почернели и напоминали две затягивающие всё в себя воронки.
Трость в руках Джеймса стремительно наполнялась черной, смолистой магией, такой же, как и та, что нынче отравила его взгляд. Улыбка, не украсившая, как обычно, а исказившая его лицо, выглядела зловеще. Казалось, ещё миг — и чернота начнёт выплескиваться наружу, отравлять его кровь. Сенера вспомнила, как однажды выглядел папин коллега, некромант, немного перебравший с магией Смерти. У него были такие же дикие глаза, а по лицу расползалась чёрная сеть — это колдовская сила перекрашивала кровь в капиллярах. Это был сильный, опытный некромант…
Не то что Джеймс, хотелось сказать Сенере, но она даже не знала, кто стоял перед ней — знакомый, привычный уже Хортон или прежний обладатель этой магии, явно не Варген Дэвой, а кто-то куда более могущественный и опасный, а ещё — давным-давно мёртвый.
Джеймс ударил тростью о покрытый тонкой коркой льда пол, и она засияла изнутри каким-то особенным, выкрашенным в оттенки серого светом. Один за другим из изголовья трости вырывались смертоносные лучи. Они ударяли созданных с помощью магии мужчин в грудь, и те превращались в лёгкое облачко дыма, стремившееся к Джеймсу.
Магия впитывалась в него легко, словно мужчина мог принять просто невообразимое её количество. И с каждым новым расщеплённым противником он смотрел всё увереннее и злее, а Варген, казалось, терял свою самонадеянность.
— Ты украл мою силу, — мягкий баритон Джеймса теперь обрёл необычные для него рычащие нотки. — Ты — вор, который заслужил смерти! Ты думал, я не найду тебя?
Варген вскинул руки, пытаясь воспользоваться магией, но сила, сорвавшаяся с его пальцев, застыла в воздухе липким, сероватым облаком, а потом тоже втянулась в трость. Он открыл рот, чтобы позвать на помощь, но два громилы — те единственные, что были естественного происхождения, а не магического, — судя по громкому топоту ног, уже улепетывали прочь, не разбирая дороги. Без своего предводителя они были далеко не так страшны.
Один взмах тростью — и образовавшаяся чёрная, сотканная из смолистого колдовства петля упала на шею Дэвоя. Джеймс резким движением потянул его вниз, заставляя рухнуть на колени, в один шаг преодолел оставшееся между ними расстояние и схватил Варгена за подбородок, заставляя мужчину смотреть ему в глаза. Сенера, прищурившись, увидела тонкую чёрную нить, сковывающую их между собой — а потом бандит захрипел, и что-то неведомое вырвалось из него, как из других магических сущностей, и впиталось в трость. Дэвой, впрочем, не превратился в дым, не растворился в воздухе, но Сенера отчётливо ощутила: магии в нём больше не осталось. Джеймс — или то, что сейчас руководило им, — выпил всё, что было, до дна, превратив Варгена в обыкновенного человека.
Впрочем, он не позволил ему спокойно уйти. Ещё один поворот трости — и вокруг Варгена закрутился тёмный, смертоносный вихрь. Он окутал тело Дэвоя чем-то подобным паутине, вспыхнул — и Варген исчез куда-то, оставив в воспоминание о себе только чуть подтаявший лёд и трость, до сих пор остававшуюся в руках Джеймса.
