— Я останусь в своём доме, — твёрдо произнесла Сенера, подумав вдруг, что у неё ведь теперь было куда идти, и деньги были, да хотелось остаться, хотя бы из чувства упрямства. — Потому что он
Хиллари покраснела и, обернувшись, вдруг завопила:
— Господин Хортон! Господин Хортон, спасите!
Бренда тоже вскочила со своего места. На какое-то мгновение её лицо исказилось злой гримасой, отображавшей всю бесконечную мстительность девушки, но она всё-таки сумела победить себя и состроила совершенно невинное выражение.
Джеймс не заставил себя долго ждать. Но, стоило ему только переступить порог столовой, как Бренда бросилась к нему и буквально повисла у журналиста на шее.
— Ах, Джеймс! — воскликнула она, словно они давно уже успели сблизиться, и она имела полное право так к нему обращаться. — Сенера нас едва не убила…
Только сейчас до девушки дошло, как всё выглядело. Бренда, успевшая уже притвориться невинной овечкой, раскрасневшаяся, растрёпанная Хиллари и она сама, восседающая на ледяном троне, наверное, напоминающая чем-то Кристин Доре или Лионеля, холодных и бесчувственных…
— Должно быть, у неё на то были свои причины, — отметил Хортон, буквально силой отцепляя от себя виснувшую на нём девушку. — Сенера? Что произошло? — он смотрел на девушку мягко, будто умолял не делать ничего, за что она сама потом будет себя корить.
— Мы так испугались! — не унималась Бренда, буквально преследуя Хортона. — Никогда прежде не видели Сенеру в таком состоянии! Она угрожала и мне, и маме…
Джеймс повернулся к Бренде. Глаза его, обычно спокойные, добрые и, что самое главное, серо-синие, вновь налились той самой неизвестной чернотой, которая однажды испугала и саму Сенеру. Сводная сестра, доселе буквально виснувшая на журналисте, отпрянула от него и отступала назад, пока не ударилась спиной о столешницу. Хиллари, тоже потянувшаяся было к Джеймсу, застыла от шока.
— В самом деле, — ухмыльнулся он. — Угрожала? Надо же… — он медленно подошёл к Сенере, кошачьими шагами ступая по полу. Даже самая скрипучая доска не выдала ни единого звука, словно испугалась, что весь гнев некроманта обрушится на неё.
Хортон остановился у Сенеры за спиной и опустил руки ей на плечи. Ледяная магия, до сих пор рвавшаяся на свободу и жаждавшая крови, уже привычно притихла, Сенере казалось, она буквально услышала тихое шипение собственного колдовства, не понимающего, почему его в очередной раз ограничивают.
Но она была Джеймсу безгранично благодарна. Если б не он и не его своевременная помощь, наверное, от Хиллари и Бренды осталось бы одно мокрое пятно. А становиться убийцей, да и просто пересекать подобные рамки Сенера не собиралась.
Она не хотела стать такой, как Лионель Доре.
Прежде ледяная магия была послушной, тихой и молчаливой. Но в последние дни она будто с цепи сорвалась, и Сенера всё никак не могла понять, что же стало катализатором. Неужели это ледяное сердце имело такое влияние на неё, что девушка практически забывала о самоконтроле, срывалась по поводу и без и совершенно не чувствовала в себе сил противиться сковывающей её разум магии.
Вот только от осознания собственной чудовищности Сенере совсем не перехотелось поставить сводную сестру и мачеху на место. И если б не Джеймс, точнее, если б не желание не стать чем-то вроде Лионеля и в его глазах тоже, девушка наверняка не сумела бы сдержаться и воспользовалась бы своей силой ещё раз, так, чтобы припугнуть…
Главное после такой мести не умереть самой, не превратиться в замерзшую пленницу ледяного сердца.
— Я думаю, — промолвил Джеймс, будто понимая, что Сенера сейчас не способна говорить самостоятельно, — что мы с Сенни, — он нарочно воспользовался этим дурацким сокращением её имени, будто знал, как перекосит от этих слов Хиллари, — сами разберемся, как поделить комнаты…
—
Сестрица вовремя умолкла, и у Сенеры даже не было повода запустить в неё каким-нибудь заклинанием. Пришлось обойтись только полным презрения взглядом, который вряд ли впечатлил бы Бренду, но вот напугать её мог, всё-таки, она теперь опасалась гнева Сенеры. Довольно, слишком долго она была им помощницей и разве что не служанкой, чтобы теперь позволить просто выставить себя из родного дома!
— Ну, господин Хортон, — мрачно протянула Хиллари, — если вас ничего не смущает. И если вы с Сенерой всё-таки договорились о свадьбе…
— Договорились, — подтвердила Сенера, представляя себе, как сейчас растянулись в улыбке губы Джеймса.
