Наша учеба зимой и весной сорок первого по своему накалу, интенсивности и напряжению отличалась от предыдущих семестров. В основу обучения были положены методы практической подготовки будущих взводных командиров к ведению боевых действий. Начальник учебного отдела майор Алексеев лично проверял подготовку руководителей к занятиям, учебную базу и даже нас, курсантов.
Алексеев был прекрасным строевиком, обладал изумительным по звучности и силе голосом. Всеми построениями училища и войск гарнизона на парадах руководил он, блестяще справляясь с этими обязанностями. С этим человеком мне довелось встретиться в 1952 году в Туркестанском военном округе. Он прибыл к нам полковником на должность заместителя командира дивизии, а я в это время был начальником штаба этого соединения. Мы припомнили время, проведенное в Новосибирском училище. В скором времени Алексеев был назначен начальником Ташкентского военного училища имени В. И. Ленина.
...Пришла весна сорок первого года. Как и в прошлые годы, выехали в летний лагерь. Настроение у нас прекрасное. Последние месяцы перед выпуском. Впереди новая жизнь. Чем ближе конец учебы, тем больше на плечи ложилась ответственность за все, чем мы жили, о чем мечтали в горячих спорах и коротких курсантских снах.
В последний раз мы вышли на учебное поле летнего лагеря на берегу широкой, плавно текущей Томи. Сибирское разнотравье: тимофеевка, лабазник, тонконог, эспарцет, ковыль, типчак - зеленым ковром покрывало учебное поле, и лишь кое-где на нем высились могучие сосны и молодые березки. На противоположном берегу реки тянулась гряда сопок, поросших густым лесом.
Солнце палило, и мы укрылись от его обжигающих лучей в тени берез и сосен. Мы только что сдали государственные экзамены и ожидали приказ Наркома обороны о производстве в лейтенанты и назначении на командные должности в войска.
В группе курсантов, расположившихся под высокой сосной, царило оживление. Курсанты сидят широким кругом, в центре которого на полотне разложены детали станкового пулемета. Невысокий, коренастый лейтенант Ефименко, командир курсантского взвода, с завязанными глазами, на ощупь собирает замок пулемета. Собрал, поставил на место и нажал на гашетку. Услышав характерный щелчок, Ефименко снял повязку и объявил:
- Ну вот и все. Пулемет к действию готов. - С легкой усмешкой оглядев своих бывших учеников, он спросил: - Помните, друзья, эпизод из "Чапаева"? Цепи каппелевцев неотвратимо надвигаются на залегшую пехоту, а станковый пулемет молчит. Вот уже видны лица врагов. Еще несколько секунд каппелевцы бросятся в атаку, и тогда... Но Анка-пулеметчица своевременно открыла уничтожающий огонь. Враг был обращен в бегство. Анка сознательно медлила, ждала удобного момента. Но может случиться и так, что пулемет откажет в бою из-за неисправности, которую легко устранить. Вот тут-то и пригодится вам отличное знание оружия. - Ефименко помолчал и вдруг спросил: - Ну, кто возьмется разобрать и собрать замок за такое же, как у меня, время?
Я решительно шагнул к пулемету:
- Курсант Алтунин! Разрешите попытаться?
- Попытайтесь, - дружелюбно улыбнулся Ефименко и, пока мне завязывали глаза, начал "рисовать" тактический фон: - В пятистах метрах от нас появился наступающий противник. Взвод ведет прицельный огонь из винтовок, а единственный станковый пулемет молчит: сломалась пружина замка. Надо ее заменить. Курсант Алтунин, действуйте...
Я разбирал замок, а командир взвода через каждые десять секунд отмечал, на сколько метров приблизилась вражеская пехота к рубежу атаки. Первую половину операции я, судя по одобрительному гулу, проделал в отличное время. Привычное расположение деталей помогло мне при сборке не терять драгоценных секунд.
Между тем голос командира звучал все тревожнее. Вот-вот он объявит, что враг бежит на нас... По, с треском захлопнув крышку короба, я нажал на гашетку и услышал щелчок - замок собран правильно, пулемет "открыл огонь".
Когда я сорвал повязку с глаз, то сразу очутился в крепких объятиях товарищей. А Ефименко задумчиво стоял в стороне, на лице лейтенанта блуждала улыбка удовлетворения: его труды не пропали даром.
Отстранив товарищей, я строевым шагом подошел к командиру:
- Выполнение поставленной задачи закончил, товарищ лейтенант!
- Молодец! - Ефименко крепко пожал мне руку и с нескрываемым удивлением спросил: - И когда ты успел так навостриться?!
Я рассказал о вечерних тренировках. Внимательно выслушав меня, Ефименко сказал, что приобретенные знания пригодятся мне при обучении подчиненных. Откуда было знать лейтенанту, что доведенные мною до автоматизма навыки в обращении с пулеметом потребуются не на учебном поле, а в смертельных схватках с врагом!
Заметив бегущего к нам посыльного, лейтенант Ефименко прервал беседу. Курсанты столпились за его спиной.
Посыльный остановился перед командиром взвода и, переведя дыхание, доложил:
- Товарищ лейтенант, командир батальона приказал немедленно возвратиться в лагерь. На двенадцать ноль-ноль назначено общее построение.
