На заре ПЗС-техники светочувствительные чипы были маленькими – с небольшим количеством пикселов. Некоторые из этих микросхем изготовлялись в университетах или промышленных лабораториях специально для нужд астрофизики. Но, по мере того как ПЗС становились все более и более привычными и доступными, и в особенности потому, что стали применяться в цифровых фотокамерах, их цена падала, а качество и скорость усовершенствования быстро росли. ПЗС-приемники преобразили астрофизику. Они дали новую жизнь малым телескопам, а большие наделили ранее непредставимой мощью и чувствительностью. Некоторые исследователи сделали карьеру на том, что повторили выдающиеся наблюдательные работы прошлого, чьи авторы могли лишь приблизительно предполагать, какие данные они могли бы получить с более чувствительным приемником. В эпоху ПЗС астрофизики могут решать те же проблемы с гораздо большим успехом. Мы можем теперь выйти за пределы прежних наблюдательных ограничений и начать мечтать о новом, более высоком уровне техники.
___________________
Любой, кто не может себе позволить полагаться на то, что удача свалится с неба, скажет, что прежде, чем начинать работу, надо заранее поставить перед собой ясную цель. И это правило приводит нас к мысли о военном потенциале ПЗС.
Знать, что ты ищешь, – неотъемлемая часть того, что в Америке обозначается аббревиатурой ISR (Intelligence, Surveillance, Reconnaissance) – всего комплекса разведывательных действий, состоящего из сбора данных, наблюдения и собственно разведывательных операций. Так вот появление ПЗС произвело такой же переворот в американской ISR, какой оно произвело в американской астрофизике. В конечном счете астрофотография и разведывательная аэрофотосъемка отличаются лишь выбором цели, расстоянием до нее и направлением вашего взгляда. В декабре 1976 года спутник КН-11 KENNAN из серии космических аппаратов KEYHOLE стал первым спутником-шпионом, оборудованным ПЗС-техникой[296].
Изменение оказалось революционным. Национальному управлению военно-космической разведки больше не надо было ждать много дней, пока пленки, отснятые со спутников-шпионов, будут спущены с парашютом в жароустойчивых кассетах, подхвачены в воздухе специальными самолетами – а то и подобраны в океане, и хорошо, если американскими судами, – затем обработаны и только после этого снимки наконец попадут на стол соответствующего офицера[297]. Теперь фото, снятые с борта КН-11, – например, изображения советского авианесущего крейсера, строящегося на черноморской верфи, – могли почти мгновенно передаваться через ретрансляционный спутник на наземную станцию близ Вашингтона.
Первые спутники-шпионы, разработанные в рамках программы CORONA, предназначались для широкого поиска; их камеры имели большое поле зрения. Сменившие их спутники серий KEYHOLE и GAMBIT более пристально наблюдали за конкретными целями, предварительно намеченными их предшественниками серии CORONA. Спутники серии HEXAGON обладали еще более высоким разрешением при наблюдении индивидуальных целей и улучшенными поисковыми характеристиками.
Большинство их было оснащено как основной камерой для широкоугольных снимков районов, недоступных для наблюдения иными способами, так и картографической камерой, полезной для военного планирования. Пресс-релиз фирмы Lockheed Martin, изготовителя спутников HEXAGON, так описывает их роль: стране «необходимы эти поисково-разведывательные спутники наружного наблюдения, чтобы адекватно оценивать возможности, намерения и технические достижения тех, кто противостоял США во время холодной войны. Они стали космическими глазами Америки».
Камера на борту последнего спутника-шпиона серии CORONA, запущенного в 1960 году и впоследствии получившего обозначение КН-1, могла зарегистрировать объект размером всего восемь метров. Прошло только шесть лет, и камере спутника КН-8 GAMBIT стали доступны объекты размером в 15 сантиметров. Еще через десять лет спутник КН-11 KENNAN, первый из тех, что были оснащены ПЗС-приемником, имел гораздо более широкое поле зрения, больший объем памяти и значительно более долгий срок эксплуатации – правда, за счет более низкого разрешения, которое теперь составляло два метра. Однако у так называемого усовершенствованного КН-11 разрешение вновь повысилось, к тому же он был чувствителен к инфракрасным лучам.
