В конфронтации между многими и немногими военная сила всегда находит свое место. Развертываемая по приказам своего правительства, военная сила не автономна. Она – инструмент политики. Как военные уже давали нам понять сотней способов в тысячах документов, космическая мощь – особенно множество разных видов спутников на околоземных орбитах – является теперь необъемлемой частью боевого арсенала. Как и другие формы силы, мощь, сосредоточенная в околоземном космическом пространстве, может использоваться как для защиты, так и для нападения, против конкретного человека или группы, здания или моста, против внутренней угрозы или зарубежных боевиков. Она может быть направлена и против населения в целом. Среди множества разновидностей разведки могут быть легитимные и нелегитимные, выявляющие известного врага и непредвиденное нападение столь же уверенно и легко, как случайных прохожих или случайные свидания. Спутниковое наблюдение северокорейских пусковых установок помогает предупреждать об опасности соседей Северной Кореи, в то время как отслеживание со спутников передвижений автомобилей в провинции Синьцзян, где по распоряжению китайского правительства в рамках анти-террористической кампании на всех транспортных средствах должна быть установлена система позиционирования, пахнет уже превышением правительством своих полномочий и вторжением в частную жизнь.
___________________
Власть над космосом в той форме, в какой ею обладает и ее применяет армия, выглядит совсем не так, как власть над космосом в понимании астрофизиков. И все же, как мы видели, эти две власти неожиданно часто совпадают друг с другом – к взаимной выгоде. Как говорит нам история, перечень стран, которые обладали наибольшей мощью на мировой арене – как военной, так и экономической, – удивительно хорошо совпадает со списком стран, где ученые достигли наибольшего понимания механизмов Вселенной.
Что заставило Америку стремиться к Луне? Не наука и не исследовательский интерес, а страх перед Советским Союзом и соревнование с ним: соперничество мировоззрений, битва политических и экономических философий. Может ли дальнейший рост космической активности Китая, во всех аспектах, которые имеют значение на мировой арене, – экономическом, политическом, технологическом, военном – снова толкнуть Америку в космос? Значит, грозный космический противник – более сильный побудительный фактор, чем мирный союзник? В 1960-х, в разгар холодной войны с покоряющим космос противником, Соединенные Штаты послали к Луне двенадцать астронавтов, оставивших свои следы на покрытой пылью лунной поверхности. С тех пор наши астронавты имеют дело только с мирными сотрудниками на борту МКС и остаются на низкой околоземной орбите, где до них побывали уже сотни людей.
Открытия в космосе часто случаются, когда за ними специально не гонятся. Силу тоже часто демонстрирует не столько присутствие реального оружия, сколько уровень технического совершенства. Все астронавты программ «Меркурий», «Близнецы» и «Аполлон», кроме одного, были военнослужащими американской армии. И все же именно NASA, гражданское агентство, отправило их в космос. Вот это и есть «мягкая сила» во всей красе. Высадки на Луну финансировались не из научного бюджета, но в результате наука, безусловно, осталась в выигрыше. Астрофизическая история системы Земля – Луна и геология лунной поверхности получили мощный толчок, когда лунные камни, собранные астронавтами с «Аполлонов», привезли на Землю для анализа. Межпланетное пространство – следующая арена, на которой «мягкая сила» новых технических чудес в сочетании со стремлением к неограниченным природным ресурсам снова заставляет нас готовиться к полету.
9. Время исцелиться
21 июля 1969 года «Нью-Йорк Таймс» вышла с огромным заголовком: «ЛЮДИ НА ЛУНЕ: АСТРОНАВТЫ ВЫСАДИЛИСЬ НА РАВНИНЕ; ОНИ СОБИРАЮТ КАМНИ И ВОДРУЗИЛИ ФЛАГ». В статью вошли и краткие отзывы о событии нескольких десятков знаменитостей: далай-ламы, Ричарда Бакминстера Фуллера[516], Джесси Джексона[517], Чарльза Линдберга[518], Артура Миллера, Пабло Пикассо. Некоторые отзывы были полны энтузиазма, некоторые отличались двойственностью. Пикассо не проявил к происшедшему никакого интереса. Популярный историк городской культуры и техники Льюис Мамфорд выразил отвращение.
Пятью годами раньше Мамфорд был награжден Президентской медалью Свободы. Теперь он чувствовал себя вынужденным описывать выдающиеся научно-технические достижения современности – ракеты, компьютеры, ядерные бомбы – как «орудия войны», научное значение которых искусственно раздувается:
