Опыт боевых действий в 1943 году показал, что в составе этих бригад необходимо иметь четвертый полк, вооруженный самоходными установками с орудиями калибром не ниже 85 миллиметров. Мы внесли в Ставку такое предложение, и вскоре появилось постановление Государственного комитета обороны по этому вопросу. Бригады, пополнившиеся полками самоходной артиллерии, стали неизмеримо устойчивее в жарких боях с танками противника.
4 июля поздно вечером меня вызвали в Ставку для доклада о том, как обеспечены в артиллерийском отношении фронты, против которых готовится наступать противник. Я доложил, что артиллеристы позаботились о тщательной организации мощной артиллерийской контрподготовки в полосах вероятного наступления врага. Приняты меры, чтобы создать сильные артиллерийские противотанковые резервы.
Здесь я узнал, что Ставка располагает точными данными - завтра, 5 июля, на рассвете противник переходит в наступление на тех направлениях, где и предполагалось. Мне предложили немедля отправиться на Брянский фронт представителем Ставки и оказать помощь командованию фронта.
- Стойкой и упорной обороной войска должны до предела измотать врага и быть готовы к переходу в решительное наступление! - сказали мне. - В своей работе на Брянском фронте вам все время следует помнить об этом.
Я выехал на фронт незамедлительно. Путь был долгий. Сначала ехали с зажженными фарами. Их погасили, когда стало светать. Небо было голубым, без единого облачка. Подъезжая ближе к фронту, я дважды видел на большой высоте вражеский самолет-разведчик. Он спокойно летел, куда ему хотелось. Это меня встревожило. Видимо, на земле подготовились к встрече врага, а в воздухе нет.
На командном пункте Брянского фронта меня встретил командующий войсками фронта генерал М. М. Попов. Он доложил, что на Центральном фронте противник после сильной артиллерийской и авиационной подготовки перешел в наступление, результаты которого еще не известны. На Брянском фронте, в полосе действий армии генерала В. Я. Колпакчи, противник тоже наступает. Бои идут на переднем крае нашей обороны, местами враг вклинился в наше расположение.
- Как в Ставке расценивается начавшееся наступление немцев? - спросил меня генерал Попов.
Я поделился своими мыслями о вероятных целях и задачах немецкого наступления.
- Помните, - сказал я в заключение, - весной 1918 года Гинденбург и Людендорф собрали на западном фронте все, что могли, для удара по союзным войскам Англии, Америки и Франции. Хотели в последний раз испытать счастье на поле битвы. Как известно, отчаянная попытка закончилась не в пользу немцев. Мне кажется, мы с вами являемся свидетелями повторения этой истории.
Мы отправились на наблюдательный пункт командующего армией генерала В. Я. Колпакчи. Узнали, как идет отражение немецких атак. Ничего опасного, безусловно, не было, а та легкость, с которой наши войска расправлялись с противником, позволяла сделать вывод, что враг не ведет перед левым флангом Брянского фронта наступления крупными силами, а стремится активными действиями ввести в заблуждение наше командование.
Командующий артиллерией фронта генерал Н. В. Гавриленко и командующий артиллерией армии генерал Н. Н. Семенов доложили о боевой работе подчиненных частей. Во фронтовом масштабе расход боеприпасов был невелик, а потери в материальной части просто ничтожны. Поэтому все усилия сосредоточили на восстановлении системы нашей обороны на тех ее участках, где противник пытался наступать и серьезно готовился к предстоящему наступлению.
Я доложил в Ставку оперативную обстановку и дал положительную оценку действиям войск Брянского фронта. Ставка приказала провести тщательную проверку подготовки к наступательной операции войск Брянского фронта и 11-й армии Западного фронта. Начало наступления было назначено на 12 июля.
Видная роль в наступлении опять принадлежала артиллерии. Первый серьезный экзамен предстояло выдержать вновь сформированным артиллерийским корпусам. В боях они должны были доказать целесообразность своего существования. Некоторые артиллерийские части и подразделения за это время проверялись уже много раз, и вопросы, задаваемые начальством, уже, видимо, изрядно надоели и офицерам и бойцам.
На одном из наблюдательных пунктов командир артиллерийского дивизиона четко доложил и показал мне, на местности, как он и командиры батарей будут выполнять свои огневые задачи во время артиллерийской подготовки и при развитии успеха. Мне представили всю положенную документацию. Она мне понравилась и по содержанию и по добротному оформлению. В заключение я спросил:
- Товарищ майор, а как у вас отработано взаимодействие со стрелковым батальоном?
Неожиданно я получил от этого знающего и опытного командира странный ответ:
- До взаимодействия я еще не дошел, будем его отрабатывать сегодня.
Я не верил своим ушам и повторил вопрос. Ответ был тот же.
