Взгляд упал на свежую коросту, видневшуюся из-под неряшливо наложенных бинтов на правой руке Олиси. Да и на брюках в районе бедра подозрительно мокрое пятно, как будто рана ещё кровит. Подруге самой бы сесть рядом и дождаться очереди на перевязку, но она была иного мнения.
— Да ерунда, потрепало маленько, — Олиси отмахнулась. — Омарат Аванис попросила всех, кто стоит на ногах, помочь ей с ранеными. Мы с Кресом обзваниваем родственников. Сейчас многие контужены и плохо соображают, приходится напоминать. А ты уже разговаривала с родителями?
Сердце ухнуло в пятки, когда Софике представила, как мама с папой перенесли весть о нападении на аэропорт. А если они тоже оказались под огнём? А если…
— Ну-ну, успокойся. — Олиси, завидев выражение лица подруги, снова стиснула её в объятиях. — По крайней мере, в отдел по связям с общественностью они не звонили, я узнавала. Раз так, значит, кто-то им уже сообщил, что ты жива.
Но кто мог им рассказать? Не так-то много людей и роботов знают, что Софике попала в госпиталь, и вряд ли кто-либо из них проявил такое участие. «Разве что Рэйзор», — с надеждой подумала она.
Олиси достала элеком из кармана брюк и сунула его под нос:
— Вот, новый выдали. Я-то свой потеряла, да и ты, небось, тоже. Номер помнишь? Звони. Я пока пройдусь по рядам, поспрашиваю, кто ещё не связался с роднёй.
Олиси ушла, а Софике трясущимися пальцами набрала номер мамы и прикусила губу, отчаянно боясь услышать папу.
— Кто это? Говорите, — раздался чуть звенящий мамин голос, и Софике шумно выдохнула.
— Мам, это я, — хрипло выдавила она.
— Софи? Хвала небесам! — не сдерживаясь, воскликнула мама. — Ох, нас бы с отцом удар хватил, если б не твой ухажёр…
Софике не поверила своим ушам.
— Какой ухажёр?
— Моро, какой же ещё? Почему ты спрашиваешь? — недоумевала мама. — Он в дверь позвонил прямо с началом выпуска экстренных новостей. Передал, что ты успела телепортироваться в штаб-квартиру и занимаешься ранеными. Просил не звонить и не отвлекать тебя. Сказал, что сама первой свяжешься.
Софике потрясённо прижала элеком к груди и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Когда снова поднесла динамик к уху, услышала встревоженный голос мамы:
— Софи, почему ты молчишь? Софи! Что случилось? Роднулечка моя, ответь хоть что-нибудь!
— Всё хорошо, мам. Извини, я немного в шоке от всего произошедшего. Не могу прийти в себя. Да, спасибо Моро, что он за меня подумал о вас.
— Почему ты сама его не поблагодаришь? Он что, не с тобой? — насторожилась мама.
— Он… Э-э-э… Занят. Разгребает завал в аэропорту, — выкрутилась Софике. — Не волнуйся, всё в порядке, просто у нас тут сейчас бедлам. Наверное, «Третья сторона» должна какое-то публичное заявление для Тохша сделать. Я пока сама толком не понимаю, что произошло.
Вернувшаяся Олиси шепнула «заканчивай» и нетерпеливо протянула руку за элекомом. Софике пришлось закругляться:
— Мамочка, я очень постараюсь приехать сразу, как только смогу. Только вы с папой не переживайте там, ладно? Я напишу, когда восстановлю старый номер. Целую вас, пока!
Рвение, которое Олиси проявила в такой непростой ситуации, поражало. И вообразить было сложно, что подруга, ленившаяся вовремя приходить на работу к омарату Регеро, примется выполнять поручения омарата Аванис, хотя самой следовало бы отдохнуть. Софике задумчиво следила за Кресом и Олиси, ходившими по рядам между ранеными, и рассеянно отпивала воду маленькими глотками. Может, и правда истинный характер проявляется в самых тяжёлых испытаниях? В этот момент Софике даже гордилась дружбой с Олиси.
Совсем рядом распахнулась ещё одна дверь, на этот раз со стороны улицы, и в приёмное отделение вошли двое человек. В офицере Софике узнала взмыленного после боя шерла Мойеде Алвина, а во втором мужчине, одетом в заляпанный белой краской рабочий комбинезон, — Дио Мереша, владельца мельдома. Мойеде что-то сердито приказал Дио, хлопнул его по плечу и ушёл восвояси. Оглядевшись, самориец нашёл стойку администраторов и направился к ней, пока его не окликнула Олиси, проходившая мимо.
— Вы-то откуда взялись? — опешила она. — Кто вас вообще сюда пустил?
— Я просто не мог остаться в стороне, — кротко ответил Дио, проигнорировав недружелюбный тон. — Услышал стрельбу и взрывы, увидел незнакомые самолёты над базой, потом по радио передали про нападение на Коор. Решил, что помощь человека с медицинской подготовкой не помешает.
— А почему в город не поехали помогать? — вмешалась Софике. — Вы понимаете, что любого чужака, проникшего на базу, могли принять за противника и расстрелять?
— Я сразу связался с матерью и убедился, что с ней всё в порядке. Потом обзвонил несколько больниц в Кооре, все отказались от помощи — сказали, что специалистов хватает. В приёмной «Третьей стороны» никто не отвечал на звонки. Хотел поехать по основной дороге, но заметил, что силовые щиты на границе с базой отключены, поэтому рискнул срезать путь через поле. Ехал медленно, высунул поднятую руку в окно, — Дио улыбнулся собственной выходке. — Меня, конечно, задержали, и я объяснил, в чём дело. И вот я здесь.