Я подал своим знак рукой — и они встали из-за стола, направившись к нам. Впятером мы обступили Васю. Он удивленно, но с мертвенным спокойствием глядел на нас.
— Что, и вы тоже предатели? — ровным голосом спросил он. — Удивлен.
— Тоже? — сделал я акцент на этом слове. — Во-первых, нет. Во-вторых, я не понимаю, о чем речь. А мне не нравится, когда я не понимаю, о чем речь. Объяснись, командующий.
— Ты меня щас будешь еще и допрашивать⁈ — вскинулся Василий. На миг его аж раздуло от накрывшей волны ярости. Он вскинулся, вздернул резко руки… и тут же вновь обмяк, плечи его опустились. Взгляд погас. — А, неважно. Что вам нужно⁈
— Буду, если потребуется! — с вызовом ответил я, приблизив лицо к лицу княжича. В отведенной за спину руке я уже создал Клинок Пустоты, но увидев, что княжич не собирается выкинуть никаких глупостей, быстро его развеял. — Нам нужен адекватный командир, способный следить за подчиненными и выполнять боевые задачи, княжич! Уже две недели не было никаких вторжений, а значит скоро возможно новое. А ты сидишь тут овощем, не видишь, что у тебя бойцы нажираются за ужином, словно они не в армии, а в ночном клубе!
Я не повышал голоса, но и не смягчал — говорил как есть. Та компашка мужиков, набравшаяся за ужином, в итоге дошла совсем до невменяемого состояния. Собственно, они покинули зал последними — утаскивая одного из своих волоком по полу.
Дворяне, тоже не. Аристократы, мать их!
Шувалов вновь поднял голову. Его взгляд даже чуть-чуть прояснился. Мои слова явно достигли его сознания. Уже не прекращая смотреть на нас, он резко выпил стакан морса, полагающийся на ужин. С силой потер бледное лицо руками.
— Кто посмел нажраться в моей части? — все тем же ровным голосом спросил княжич. Я слегка улыбнулся — раз получилось его заинтересовать, теперь хрен он слезет с крючка. Ответит на вопросы как миленький.
— Еремеев и его дружки. — презрительно фыркнула Маша. — Они местные, им выпить достать нетрудно.
Бывшая графиня немало времени на неделе потратила на то, чтобы выяснить, кто есть кто в нашей части. Мы с самого начала службы, из-за нелепой дуэли, оказались в двояком положении. С одной стороны — изгои и парии, а с другой — интересующие многих необычные персоны. Так что Мария со многими сумела найти общий язык. Вот и разузнала,
— Ясно… — нахмурился княжич. — А вы… вам чего надо?
Как он меня задрал!
— Повторяю в последний раз, Вася. — склонился я над ним. — Нам надо узнать, что с тобой случилось. И по возможности привести тебя в порядок. Уловил наконец?
В итоге княжич все-таки пришел в себя. на это ушло еще минут десять и несколько стаканов холодного морса. Но в конце концов мы наконец расселись за его столом, и он рассказал нам о причинах своей печали.
Уже к середине рассказа у меня сжимались кулаки от презрения к ублюдкам, сделавшим это с его семьей.
— В общем, беда у нашего рода. Сегодня ночью в имение проникли неизвестные. Расследование пока идет, но уже обнаружено влияние сильного менталиста на охрану. Подозревается и предательство. Как вы знаете, я младший сын рода. Четвертый ребенок. Моего старшего брата Лихачёв тоже видел. Так вот, его попытались убить.
— Попытались? Значит, он жив. Это радует. — с сочувствием произнес я. Здесь есть и мой интерес — брат княжича ведь мой должник жизни, один из мостиков к роду Шуваловых на тот случай, если его глава потеряет берега.
— Жив. Но главное, что напали именно на него — ничего не украли, не убивали никого лишнего. Только попавшуюся строго на пути охрану и самого брата. А, когда он дал отпор, нападавших кто-то телепортировал.
Я нахмурился. Знакомый почерк. Но из дальнейших слов Василия следовало, что нападала не нежить. Обычные киллеры — если так можно сказать об умелых магах, не значащихся ни в каких реестрах.
— Брат-то оклемается. — махнул рукой Василий. — Хуже другое. Помимо него напали еще и на Катю, одну из двух моих сестер. Она недавно родила первенца, крепкого парня, явно одаренного. Она находилась не в поместье, а в частной клинике нашего рода. Здесь, в Перми.
— Находилась? — с нажимом на конец слова переспросила Алиса. В ожидании ответа девушки нервно затаили дыхание.
Шувалов молча кивнул, дернулся всем телом. Когда он заговорил вновь, голос его дрожал.
— Да. Катя мертва. Ее убили жестоко, очень жестоко. Ей заживо… нет, лучше я не буду говорить. Меня не назвать неженкой и нюней, но ни один здоровый человек не сможет описать такое спокойно. Ее будут хоронить в закрытом гробу.
В зале повисло молчание. Свет в столовой давно уже приглушили, в полумраке осунувшееся лицо Василия с крепко сжатыми губами выглядело особенно зловеще.
— Убийц уже нашли?
— Нет. Действовали профессионалы. Единственное, схватили одного из докторов — вот он точно действовал по своей воле, не под контролем. Только…
Я уже догадался, что услышу дальше.
