— Ну началось… — поддал я маны в воздух. Поле боя словно накрыли сумерки. — Ну и ладно, раз ты так ругаешься, то и уважать тебя не за что.
Я больше не сдерживался. После поглощения Ядер нескольких сотен тварей, включая Ядро Огнерождённого, который вполне мог тянуть на новую стабильную Сферу, я превосходил типичного местного мага в разы. Во всяком случае, если судить по тем, кого я успел встретить.
Пожалуй, теперь мой запас маны и ширина каналов сравнимы со старым Меньшиковым — а он добивался такого всю свою жизнь.
Не став даже оформлять заклинание, я просто выпустил наружу мощный поток энергии — во все стороны пошла плотная волна тьмы, плавящая и испаряющая всё на своём пути. В ничто обратился пол, потолок, стены, стекла жидкой лужицей дверь.
Противник, конечно, попытался сопротивляться. На пути моей атаки встал воздушный щит, рассеивающий плетения маны, фронт молний, затем он просто закрылся руками.
Но ничего не помогло. Слишком много чистого разрушения. За несколько секунд от врага не осталось даже пепла — только смутная тень на стене. Я обернулся к девушкам.
— Мы тоже закончили. — хмыкнула Алиса, стоя над поверженным противником. Его тело ещё дёргалось в конвульсиях, но душа уже явно распалась. Девушка картинно отряхнула руку, развоплощая оружие души.
Мы синхронно оглянулись на дыру, появившуюся теперь на месте бывшей двери. Я так и продолжил парить в воздухе посреди оплавленного куска пространства.
— Ещё желающие есть? — мрачно спросил я, оглядывая два ряда автоматчиков, перекрывших проход. Они не стреляли. — Вы знаете, что охраняете?
Тишина. Несколько стрелков делают робкий шаг назад.
— Не знаете. — кивнул я. — А давайте я вам покажу!
Я вынул из кармана ворох фотографий, бросая их в отряд. Эти фото я скопировал с телефона заклинанием отправки письма, но часть оставил себе.
Солдаты дёрнулись, двое чуть не начали стрельбу. Но затем один, самый рослый и массивный из всех, медленно прошёл вперёд, наклонился и поднял фотографии.
И рука его дрогнула. На негнущихся ногах солдат подошёл к своим, показывая всем то, что его так поразило.
— Да это фальшивка же! — воскликнул один. — От магов добра не жди!
— Может фальшивка. — не стал я переубеждать дурака. — А может и нет. Каждый может решить сам. Старому Дому в любом случае конец — и вас перевешают за использование огнестрельного оружия. Если вы, конечно, не сдадитесь прямо сейчас. Если сдадитесь — можете сходить вниз да посмотреть сами, следов бойни там хватает.
Я ценю воинов, не люблю убивать невинных, или тех, кто не пытается убить меня первым. Сейчас эти бойцы стоят на распутье — судя по задумчивым лицам, во многих поселилось сомнение.
Они уже не будут послушными пешками. Разве что из страха.
Ну а если вдруг решат ударить в спину — тем хуже для них. А в маньяка превращаться не стоит, это сгубило многих выдающихся магов.
— Если пообещаете не атаковать нас и разойдётесь, мы пройдём без вреда. — повысил я голос, привлекая внимание. — Старый Дом как организация вряд ли переживёт завтрашний день! Так что, как мы разберёмся со всеми наверху, рекомендую свалить под шумок и поискть работу поприличней.
— А ты добряк! — усмехнулась Маша, когда мы прошли, оставив солдат позади. Они действительно молча расступились, а тот самый здоровяк поклялся не бить нам в спину и не поднимать дополнительную тревогу.
— Да не особо. — мотнул я головой. — Просто не люблю карать невиновных.
— Невиновных⁈ — распахнула свои большие глаза экс-графиня. — Да они гранатами нас забросали! Это же солдаты врага!
— Да? — обернулся я к ней с улыбкой. Коридор дальше пустовал, мы спокойно двигались всё выше, так что нашлось немного времени поболтать после боя. — Тогда ты ведь не будешь против, если простые люди начнут убивать солдат, карауля их по углам и подворотням? Солдат, полицейских…
Девушка аж начала хватать ртом воздух от возмущения, наложившегося на общую нервную обстановку.
— Это!.. Это же совсем другое! Армия и полиция защищает страну и народ от внешних врагов и преступности!
— Ну да? Например, защищает от должников по кредитам, озлобленных нищих… Ну или от тех, кому не нравится дворянский произвол. В конце концов, преступники ведь тоже люди — выходит, у них есть карт-бланш на убийство солдат и полиции? Раз полиция объявила их врагами.
— О, батенька, да вам прямой путь в организацию! — с улыбкой промурлыкала Алиса. — За социальную справедливость бороться.
— Да мне как-то плевать и на справедливость, и на истеричных идиотов, вступающих в мутные движухи. — отрезал я. — Я просто за то, чтобы все думали и действовали последовательно. Применяли одни стандарты к себе и другим. То, что мы работаем в пользу одних господ, а эти солдаты — в пользу других, не делает нас врагами до тех пор, пока мы не пытаемся друг друга убить.
