От такой формулировки незамужняя барышня покраснела, сверкнув на меня глазами, но мне удалось быстро ретироваться, гнусно подхихикивая про себя. Не одной Эйдис надо мной издеваться в мокрой рубахе на голое тело. Я за такое могу и отомстить.
Великий Конунг Ассонхейма Густав Клауссон спокойно выводил буквы на листе пергамента остро отточенным гусиным пером, игнорируя присутствие в своём кабинете ещё одного человека, стоявшего перед ним. Указ о направлении в Соколиное Гнездо четырёх кнорров с зерном и двадцати бочек с черновересковым мёдом обретал свою форму. Сегодня ты помогаешь клановому конунгу, показывая свою щедрость, завтра он помогает тебе, выставляя воинов или нужным образом голосуя на совете конунгов, буде тот придётся собрать. Привычная работа механизма власти, состоящая не только из силы правящего дома и клана, но и из сдержек, противовесов, а также взаимопомощи. Фокус тут был только в том, чтобы выгода Викры была несколько больше любой клановой столицы.
Его отец, Клаус Хельгисон, к сожалению забыл это небольшое правило. Нынешнему Великому Конунгу в результате пришлось наглядно всем пояснять, что как раньше уже не будет. Первые годы его правления оказались трудными, на него многие давили в надежде на то, что молодой человек, севший на трон почти сразу после Сяньского похода, прогнётся. В конце концов, от лица кланов, отстаивающих существующее положение вещей, выступали прославленные воины и полководцы. Но и сам Густав во время конфликта с желтолицым императором не прятался в задних рядах строя. Другие народы могут позволить себе правителей, чьи дети лишь отправляют воинов в бой, у ассонов их должно вести за собой, рискуя собственной жизнью наравне с хирдманами. Да, конечно хускарлы сына конунга могут прикрыть, но не от всего. Доказательством тому были два мёртвых старших брата нынешнего Великого Конунга и его собственные боевые шрамы. А когда очередной горлопан окончательно перегнул палку, Густав просто без затей вызвал кланового конунга на поединок, как воин воина, и разрубил от плеча до паха. После этого баланс взаимопомощи начал смещаться в правильную сторону, а дальше парочка удачных военных походов с доброй добычей вполне закрепили за правителем должный уровень авторитета.
Хотя некоторые эксцессы случались до сих пор. Его отец весьма благоволил в своё время правителю касаток и те восприняли перекрывание живительного ручейка денег с продовольствием довольно болезненно. На какие-либо открытые действия их запала не хватило, но островные кланы вполне себе успешно начали играть в автономию и непокорство. Густав терпел это до определённого момента. В конце концов такая оппозиция была неплохим пугалом, ведь те кто принял новое положение вещей успешно богатели и всегда могли рассчитывать на руку помощи в случае проблем, а вот не столь разумные ассоны беднели и теряли в силе. Но весьма кичились своей мнимой независимостью, часто задирая представителей более лояльных кланов даже в столице под его неусыпным оком.
Собственно история из-за которой его гость сейчас терпеливо ждёт, когда на него найдётся время, началась именно из-за одной глупой ссоры в Викре. Её зачинщик благополучно отправился на суд богов, а его убийца был изгнан самим Густавом. В конце концов в тот момент с касатками кажется что-то начало налаживаться, можно было сделать в их сторону небольшой реверанс за счёт никому неизвестного тогда сопляка-полукровки.
Теперь можно было смело признать, что тогда была допущена ошибка. Касатки отнюдь не бросили портить нервы Великому Конунгу и в итоге дошли до того, что стали привечать лесных эльфов. Южан! Правило о том, что этих козлов нельзя пускать в северный огород было куда более фундаментальным, чем какой-то там баланс взаимопомощи. Есть вещи, которые можно терпеть, а есть то, что терпеть нельзя. Сами боги заповедали так! Южане хитры, коварны и двуличны, там где ассоны идут к цели прямой дорогой, прокладывая путь честностью и доброй сталью, они пойдут на любую подлость, не побрезговав ни ложью, ни отравой. Именно потому, что правящий дом придерживается имеющейся политики, Ассонхейм всё ещё принадлежит ассонам, а их народ не платит какую-нибудь десятину церкви света, или не выбрасывает деньги на какие-нибудь торговые пошлины. Пошлины… Любой дурак знает, что если тебе ими грозят, коль ты не выполнишь какие-нибудь требования, то ни платить их, ни прогибаться нельзя. Начав танцевать под чужую дудку даже в малом, ты станешь отдавать врагу всё больше и больше, пока однажды у тебя не останется ничего. А начав пускать в дела своего клана представителей южной державы, ты начнёшь служить отнюдь не интересам Ассонхейма.
