— Да помогут асы и ваны сегодня всем нам — кивнул я в ответ, подавив желание схохмить в своей обычной манере. В конце концов не сомневаюсь, что за нами присматривают с той стороны Биврёста. И сегодня небожителей при любом раскладе ждёт славное представление в том театре, где актёрам свойственно умирать по настоящему.
— Ждём тебя здесь, поднявшись в воздух — на последок бросил мне учитель.
— Я приведу скотину под баллисты — кивнул я и поднялся на блине в небо, оставив драккары с вирдманами и хирдманами позади.
Дракон, что спалил большую часть флота морских змеев и несколько медвежьих драккаров был известен, как и его место жительства на драконьем архипелаге. Обычно ответный визит вежливости в таких случаях даже на один из самых северных островов, куда я собственно направлялся, был весьма затруднителен. Драконы не любили чужаков на своей территории, зато им нравилось жечь чужие корабли с воздуха. Может стальным броненосцам в этом плане было бы попроще, но деревянные суда вспыхивали в подобных случаях как спички. Однако ящерицы-переростки всё таки были дневными созданиями, а потому мы более или менее спокойно добрались до нужного места по ночам, каждый рассвет взлетая и укрывая корабли на скалистом берегу континента. Где они сейчас и ждали в засаде за подходящей скалой, готовясь к взлёту по мысленной команде.
Я же обвешался накопителями, мазнул ладонью по амулету на шее и на скорости двести с лишним километров в час отправился к острову красного змея. Финальный рывок для кораблей здесь был бы самым опасным. А потом пришлось бы совершить высадку на негостеприимную сушу и иметь дело с драконидами. Исследователи затрудняются дать ответ, являются ли данные твари некими родичами драконам или это всё таки просто ящероподобный подвид зверолюдов. Но в любом случае они служат повелителям неба, почитают тех, как богов и будут крайне не рады незваным гостям. В общем если твою дружину не спалят в море, то она имеет все шансы сгореть во время битвы и драконьими прихвостнями. Однако я похоже незамеченным пролетел сначала над водой, а затем над сушей, которую красили в нежный розовый цвет рассветные лучи, наконец увидев вход в огромную пещеру, явно обработанную руками разумных существ. Вероятно местные озадачились работой с камнем во славу объекта своего поклонения, сделав весьма искусные барельефы на драконью же тематику. Хм, не уверен, что смог бы терпеть, если бы все стены моего дома были завешены моими же портретами, но ладно уж… О вкусах не спорят, да и может я в драконьих мордах не разбираюсь, а так-то они тут все разные.
С этой мыслью я влетел в тёмный зёв пещеры, внимательно глядя вокруг. Сомнительно, что дракониды охраняют своего бога. Собственно что это за бог такой, что он нуждается в охране или не может наказать тех, кто оскорбляет чувства верующих в себя любимого? Сплошное ж недоразумение, а не небожитель! Но всё же было бы неприятно получить какую-нибудь дрянь вроде ядовитой стрелы из темноты. При этом напротив, было бы весьма приятственно застать дракона спящим, загнать копьё ему в глаз до самого мозга, бахнуть магией сжатого воздуха внутрь черепной коробки, после чего лететь обратно к кораблям хвастаться, что основная проблема уже успешно решена. Осталось только вломить ящеролюдам, чтоб под ногами не мешались и можно осваивать трофеи. Однако естественно мне так не повезло.
— Кто потревожил мой покой⁈ Какой червь захотел пробраться в мою сокровищницу⁈ — раздался в моей голове громоподобный голос. Драконы были способны на мыслеречь и кое-какие иные магические манипуляции, но приятным контакт назвать не могу. Как в ухо наорали.
— Сдались мне твою жалкие побрякушки! -громко крикнул я в ответ, сопровождая слова телепатической трансляцией и отлетая спиной вперёд от звука тяжёлых шагов по камню. В пещере я лишён манёвра, она конечно большая, но может статься так, что владелец данной недвижимости способен залить её огнём целиком. У меня же нет желания становиться полуэльфятиной средней прожарки.
— Жалкие побрякушки⁉– мысленно рявкнули на меня, вполне подтверждая то, что было вычитано в книгах. Нет надёжней способов оскорбить летающего ящера, чем назвать его слабаком, а его сокровища дешёвкой.
— Ага. В конце концов что ещё могла собрать жалкая виверна? — ввинтил я свои пять копеек, прежде чем мне начали объяснять, как именно меня убьют.
В ответ мне раздалось лишь нечленораздельное рычание, зато красная тварь наконец показалась из-за поворота и тут же выдохнула огонь. Что могу сказать, правильно я всё думал, разъярённый взрослый красный дракон вполне успешно отжёг на всю ширину пещеры с её высотой, не долетел бы уже до выхода, стал бы шашлыком. А так стартанул вверх на свежем воздухе, опять нагрузив позвоночник по самое не могу, заняв позицию над входом и услышал:
— Где ты, червь⁈
— Да вот тебя жду — отозвался я всё той же телепатией, которую использовал, общаясь в виде морского змея.
