В следующий миг поезд на полном ходу врезался в стену вокзала, словно хищный червь, пожиравший плоть мертвеца. Марго отчетливо слышала грохот рушившегося бетона и кирпича, звон разбивающегося стекла и скрежет металлоконструкций. Громко защелкали разрывающиеся сцепки вагонов, чей механизм был рассчитан на усилия, возникающие при горизонтальном движении поезда, а также при незначительных плавных поворотах. Все эти преграды лишь немного замедлили червя, но несшиеся по инерции на прежней скорости вагоны продолжали толкать его вперед с прежней силой. Из-за разницы скоростей на носу и корме локомотив накренило, и он опрокинулся на левый бок, продолжая двигаться вперед, как гигантский утюг. Теперь уже крыша, обращенная к парадному входу, расплющила турникеты, снесла кассы, обрушила лестницу, по которой всего несколько минут назад ходили Марго и Ковальский, а затем протаранила и фасад здания, у которого все еще толпились загнанные в ловушку люди.
Опрокинутый поезд обрушился на них, словно гильотина. Зажатые омоновцами пассажиры на площади перед вокзалом не успели никуда деться. Первые несчастные даже не поняли, что произошло, когда сотни тонн металла раздавили их тела, обратив в кровавое месиво. Те, кто последовал затем, в ужасе смотрели на неминуемую гибель и пытались убраться с дороги, но утыкались в других людей. Мгновение спустя утюг подмял под себя и их.
Те пассажиры, кого оттеснили к краям людского моря, обезумевшие от страха за свою жизнь, ринулись на сдерживавших их силовиков. Громилы в форме со щитами не ожидали такого сопротивления и уж тем более того, что из здания вокзала вырвется опрокинутый набок поезд. Застигнутые врасплох, они не могли отбиваться от обезумившей толпы. Пассажиры повалили многих на землю и бросились бежать, не обращая внимания на лежащих под ногами полицейских.
Вслед за первым перевернувшимся вагоном устремились и остальные, отчего поезд растянулся по всему вокзалу широкой дугой, сметая на своем пути все хлипкие постройки вроде вокзальных ларьков с едой и автоматов по продаже билетов.
Марго видела, что гигантский утюг может накрыть и их с Ковальским, отчего только сильнее вцепилась в торс федерала. Тот бежал как мог, пока не уткнулся в решетку. Его мощное тело ударило в ограду, и крепко сваренная створка отлетела в сторону, освобождая дорогу.
Марго и Ковальский оказались у дальнего берега людского моря, пожираемого металлическим червем. От трения о землю и стены здания поезд замедлял свое движение, выползая все дальше на запруженную площадь. Средние вагоны, полностью уничтожившие восточную часть здания, поднимались все выше и выше в воздух от нагромождения обломков под ними. Крайние вагоны оказались наполовину подвешены. В свете уличных фонарей под покровом летней ночи вся сцена напоминала то ли падение бомбардировщика, то ли крушение «Титаника».
– Быстрее! Надо уходить! – закричала Марго, лупя Ковальского по спине.
Федерал, пыхтя и отдуваясь, обливался потом и несся как можно быстрее, пока его и всю площадь обдавало облаком едкой строительной пыли. На краю тротуара Ковальский оступился и рухнул на землю, увлекая за собой Марго. Она не успела сгруппироваться и со всего размаха ударилась головой об асфальт.
Из легких выбило воздух. Зубы клацнули, откусив крохотный кусочек языка. А в черепе как будто зазвенел колокол. Марго лежала на земле, пока перед глазами все плыло. Через пару секунд в уши снова полилась какофония звуков, состоящая из криков паникующих и раненых, грохота рушащегося здания вокзала и скрежета металла вагонов поезда. Ковальский, в отличие от девушки, смог оправиться быстрее и уже стоял на четвереньках перед ней, потирая ушибленную ногу.
Маргарита тряхнула головой и оперлась на локти.
Впереди в пятнадцати метрах от них нависал над мостовой поднятый в небо последний вагон поезда. Его дальний конец лежал на асфальте, а нос расположился на высоте около трех метров от земли. Даже отсюда Марго видела, что несколько окон окрашены кровью.
Внезапно дверь вагона распахнулась и наружу вывалился мужчина. Пролетев три метра, он неуклюже рухнул на землю, словно груда тряпья. На его одежде Марго могла отчетливо разглядеть алые пятна.
Вместе с Ковальским она уже было собралась двигаться дальше в попытке спастись, как вдруг заметила движение. Мужчина заторможенно двигал рукой, словно пытаясь нащупать рядом опору.
– О боже… – выдохнула Маргарита и, вскочив на ноги, тут же бросилась к несчастному.
– Марго, нет! – рявкнул Ковальский и протянул вперед руку, чтоб схватить её.
Но натруженные в тренажерном зале пальцы лишь чиркнули по её футболке и сомкнулись в пустоте.
