— Элитарный? Глупости. Это я ожидал от вас большего. Замените «элитарный» на «эстетичный». Наша цель — олигархия, всецело преданная поиску артистического совершенства в области государственного управления на основе личного выбора. Такая система была бы вовсе не плоха, вы не находите?
— Для тех, кто принадлежит к верхушке, — да. Попробуйте поставить себя на место человека из низших слоев, кому приходится подчиняться, а не командовать.
— О да. Именно ради этого я работаю в Пареломе. Я надеюсь, что еще при моей жизни появятся люди, настолько умело управляющие современным обществом, что я смогу с чистой совестью не мешаться у них под ногами. Образно говоря, я желаю доработать до того, чтобы потерять работу.
— Вы готовы предать себя в руки детей-инвалидов?
Фримен вздохнул.
— Не дают покоя созданные в лаборатории дети?.. Поверьте, последняя группа, целых шестеро, не имеют физических изъянов и самостоятельно бегают, прыгают, одеваются и принимают пищу. Если бы вам довелось с ними столкнуться, вы бы не отличили их от обычных детей.
— Мой разум лишь фиксирует, что они похожи на обычных детей, но никогда ими не станут.
— У вас есть реальный талант выворачивать сказанное наизнанку. Что бы я ни говорил.
— Просто я умею смотреть на вещи в другом свете. Давайте проделаем это с тем, что вы только что сказали. Вы и прочие, кого вы имели в виду, признаете свое несовершенство. И поэтому ищете для себя преемников, которые бы вас превосходили. Хорошо. Приведите доказательства, что они не окажутся увеличенной проекцией ваших несовершенных, как вы сами признаете, упований.
— Доказательств пока нет. Судить можно будет только по конечным результатам.
— И много ли результатов вы получили на сегодняшний день? Ведь вы потратили на свой замысел прорву денег и усилий.
— Результаты есть. Парочка произведет впечатление даже на скептиков.
— Дети, смахивающие на нормальных детей?
— Нет-нет. У нас есть здоровые взрослые люди вроде вас, способные делать то, чего до них никому не удавалось, например, вводить в сеть с обычного вифона совершенно новую идентичность. Не забывайте, что прежде, чем изобретать новых гениев, мы решили разобраться с существующими, недооцененными. Шансы были на нашей стороне. У нас имелась база данных о людях, мгновенно производящих расчеты в уме, музыкантах, часами импровизирующих без единой фальшивой ноты, мнемониках, наизусть запоминающих книги целиком после одного прочтения. О, примеры выдающихся способностей можно найти в любой сфере человеческой деятельности от стратегического планирования до резьбы по кости. Взяв этих людей за основу, мы пытаемся создать условия, в которых могли бы расцвести современные гении.
Фримен сел поудобнее, он с каждой минутой говорил все увереннее.
— Самой распространенной нынешней формой умственного расстройства является личностный шок. У нас есть эффективный метод его лечения без использования аппаратуры и лекарств. Мы позволяем пострадавшему от шока заниматься тем, для чего раньше ему не хватало смелости или возможности. Вы отрицаете такую необходимость?
— Нет, разумеется. Этот континент от берега до берега набит людьми, вынужденными изучать менеджмент вместо настенной живописи, игры на скрипке или огородничества и получающими свой шанс с опозданием на двадцать лет, когда поезд уже ушел.
— Они еще могут вернуться к устойчивой идентичности, — пробормотал Фримен.
— Только редкие счастливчики. Однако допустим, что это так.
— Тогда что вы скажете? Не встреть вы Миранду, не узнай, что наши предположения о генетической составляющей личности проверяются посредством опытов, вы бы сбежали из Парелома?
— Мне кажется, рано или поздно я бы ушел. Меня бы оттолкнуло само мировоззрение, позволяющее использовать детей-уродов в качестве материала для экспериментов.
— Вы изворачиваетесь, как уж на сковородке. Вы же сами не раз говорили или намекали, что в Пареломе людей приучают не бунтовать. Как вы можете одновременно утверждать, что наша деятельность побуждала вас к бунту?
Фримен улыбнулся своей мертвой улыбкой и встал, разминая затекшие члены.
— Наши методы проходят испытания в единственно возможной лаборатории — в обществе как таковом. И пока что они демонстрируют отличные результаты. Вместо того чтобы сходу отвергать их, вам бы следовало подумать о том, насколько хуже альтернатива. Кто-кто, а вы после пережитого прошлым летом должны бы со мной согласиться. Утром мы вернемся к соответствующим воспоминаниям. Посмотрим, не помогут ли они привести ваши мысли в порядок.
