– О господи!
Возглас Тоби прозвучал и как стон, и как молитва. Грейдон быстро встал и крепко обнял ее за плечи.
– Еще один вопрос. Откуда на теле Табби взялись шрамы?
Калеб удивился было, но быстро овладел собой, и его лицо приняло непроницаемое выражение.
– Когда ей было три года, она споткнулась о свою юбку и упала в огонь. Отец вытащил ее и накрыл собой, чтобы погасить пламя, и тоже получил ожоги.
– А как насчет спины Гаррета?
Калеб улыбнулся:
– Та знаменитая татуировка? Ему все завидовали. Если спросите, как она появилась, скажу только то, что знают все: когда корабль стоит в иностранном порту, даже Кингсли может иной раз перебрать рома.
– Благодарю вас.
Грейдон и Тоби покинули кабинет и всю дорогу, пока шли по Мейн-стрит, потом по Кингсли-лейн, он не отпускал ее руку. В доме, усадив на диван в гостиной, он налил двойную порцию виски и протянул ей:
– Выпей.
Тоби прошептала:
– Мы их убили.
Грейдон поднес стакан к ее губам и заставил сделать глоток.
– Мы погубили Табби и ее малыша. – Она подняла на него взгляд, полный муки. – Ребенка Гаррета. Нашего малыша. В глубине души я знаю, что в ту ночь мы его зачали. Мы его создали, и мы его убили.
Грейдон сел рядом с ней и привлек к себе.
– Ты не можешь так думать.
– Да, мы изменили историю, но ценой трех жизней.
Грейдон прижал ее голову к своей груди и прошептал:
– Это было очень давно.
– Они все равно бы давно умерли, так что это не имеет значения? Это ты хочешь сказать? – спросила Тоби с вызовом.
Грейдон не стал оправдываться, лишь холодно произнес:
– Именно это я и имел в виду.
Но Тоби знала, что он лжет: он переживал не меньше ее, – и прижалась к его груди.
– Ничего не понимаю. Когда я вошла в ту родильную комнату первый раз, у меня было чувство, что там умерла я. Но этого не было! Это случилось только после того, как мы с тобой изменили события. Как такое могло быть?
– Ну… – медленно начал Грейдон. – Законы реинкарнации, путешествий во времени и изменения истории работают по-разному. Может, посмотрим, что пишут в учебниках по этому поводу?
Его попытка пошутить хоть и была несколько неуклюжей, но все же Тоби почувствовала себя немного лучше.
– Как нам это исправить?
– Я думаю, нам не надо больше ни во что вмешиваться.
Тоби отстранилась.
– Мы должны вернуться в то время.
– Для чего? – рассердился Грейдон. – С тех пор как мы вышли из кабинета Калеба, я ни о чем другом и не думаю. Мы что, вернемся обратно и сделаем так, чтобы Табби продали Осборну? Из этого ничего не выйдет. Наверное, все-таки понятие «судьба» не пустой звук. Возможно, мы можем менять прошлое тысячу раз, но, что бы мы ни сделали, Табби и Гаррет не смогут быть вместе.
– Как сейчас? – Тоби отстранилась. – Их жребий – наш жребий – найти друг друга, а потом разлучиться навсегда? Это наша судьба, и мне следует смириться с моей участью? Ты хочешь, чтобы я поверила именно в это?
Грейдону не нравилось то, что она говорила, но пусть уж лучше сердится, а не плачет.
– В моей стране…
Тоби встала и окинула его гневным взглядом.
– Все проблемы из-за твоей страны! Где еще в наше время устраивают браки по расчету?
– Да много где, – спокойно ответил Грейдон. – И, заметь, при этом там нет такого количества – до пятидесяти процентов – разводов.
– Это потому что женщины не имеют возможности уйти от мужчин. Они в ловушке.
Грейдон понимал, что гнев Тоби направлен не на его страну и даже не на него самого. Его спокойствие вскоре вернуло ее к реальности, и она плюхнулась на диван рядом с ним.
– Я не верю в судьбу. Почему мы не можем изменить историю к лучшему? Вдруг Гаррет и Табби могут произвести на свет ребенка, который важнее их обоих? Например, он или она изобретет лекарство от рака. Может, мы так сильно изменим историю, что вернемся и узнаем, что Второй мировой войны не было.
Взгляд, обращенный на Грейдона, был умоляющим. Он взял ее руку и поцеловал ладонь, с радостью отметив, что на ее лицо вернулись краски.
– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы мы смогли это изменить. Клянусь всем, что у меня есть. А теперь пойдем исследовать?
Тоби знала, что он имеет в виду: им нужно пойти в дом «Вне времени». Возможно, они смогут найти там ответ. Она улыбнулась сквозь слезы:
– Да, пойдем.
– Скажи, Лекси, как ты соблазняешь мужчину? – спросила Тоби.
Обычно бо́льшую часть времени Лекси возбужденно рассказывала обо всем, чем занималась в длительном путешествии, но сегодня была непривычно молчалива. Тоби не стала выяснять у подруги, что случилось, – сейчас внимания требовали ее собственные проблемы.
– Ну, не знаю… Никак, наверное: дышу, живу, существую. Мне кажется, сделать так, чтобы мужчина начал за тобой ухаживать, не так уж трудно. Ты ведь не своего принца имеешь в виду?
Тоби набрала в грудь побольше воздуха.
– Именно его!
– Не делай этого! – воскликнула Лекси. – Он уедет и… Постой-ка, ты хочешь заняться с ним сексом, а он отказывается?
– Да.
– Но это просто оскорбительно! – заявила Лекси. – Он что же, считает, что ты для него недостаточно хороша? Он принц, а ты крестьянка – что-то в этом роде?
