– Интересно, как ей удалось это провернуть? – Лоркан посмотрела на него. – Как ты думаешь, что она замышляет?
– Понятия не имею. Может быть, она влюбилась в него с первого взгляда.
Они посмотрели друг на друга и фыркнули.
– Я думаю, что она пытается забеременеть, – предположила Лоркан. – Проколотые презервативы и всякие такие фокусы.
Дейр пожал плечами:
– С другой стороны, для королевских особ иметь на стороне дитя любви – обычное дело. Альберту, принцу Монако, это не повредило.
– Я думала, наш принц слишком умен для этого.
– Ум тут ни при чем, – возразил Дейр почти рассерженно. – Грею предстоит брак без любви и работа, которой не пожелает себе ни один человек в здравом уме. Я надеюсь, что он все-таки в нее влюбился. Или она в него. Не важно, кто в кого, но я намерен ему помочь всем, чем только смогу. И если родится ребенок – отлично!
– Я воздержусь от суждения, пока не увижу ее, – сказала Лоркан. – Пока у меня два предположения: или она из самого низшего сословия, какое есть в этой стране, или у нее есть свой особняк, а принц для нее… ее…
– Игрушка? Для неистового нескончаемого секса? Чтобы ему было что вспомнить, когда будет лежать в постели со Снежной королевой Дейной?
– Если так рассуждать, то я надеюсь, что это она его использует, – сказала Лоркан.
– И поскольку нам придется здесь остановиться, надеюсь, что у нее особняк со множеством спален. Я не горю желанием спать на полу.
– Ты стареешь и становишься неженкой.
Дейр покосился на нее.
– Ты так думаешь?
Они с Грейдоном были ровесниками и тренировались вместе еще с детства. После того как Рори отослали учиться в первый из нескольких закрытых пансионов, у Грейдона остался единственный настоящий друг – Дейр. Они вместе учились в школе, вместе занимались спортом, делились друг с другом секретами. Но по мере того как мальчики росли, королева, мать Грейдона, начала постепенно их разделять. Грейдону нужно было получить специализированное образование, его постепенно приобщали к обязанностям члена королевской семьи, подготавливая к будущей роли короля. Снова они сошлись вместе только после университета и после того, как оба закончили службу в армии. Впрочем, Дейр был единственным, кого королева сочла достаточно родовитым и кто был достаточно подготовлен физически, чтобы проходить вместе с Грейдоном суровый курс тренировок, который тот предпочитал. Лоркан, как телохранитель Грейдона, хорошо вписалась в их компанию, и с тех пор они стали единой командой. Во всяком случае, были ею до того момента, когда Грейдон сообщил, что летит на чью-то свадьбу на остров Нантакет. И после этого все изменилось.
А теперь все менялось еще больше. У принца Рори рука в гипсе, короля спрятали в больницу в Швейцарии, а Дейра и Лоркан послали на Нантакет с поручением удерживать за пределами страны человека, которого все считали принцем Рори.
– Ну вот, приехали, – сказала Лоркан. – Кингсли-лейн. Поворачивай здесь.
Двое незнакомцев вошли в дом. Тоби так опешила, что только молча смотрела на них. Сказать, что они выглядели впечатляюще, было бы большим преуменьшением. Оба очень высокого роста: он – за шесть футов, она тоже никак не меньше шести, – оба смуглые, с кожей медового оттенка, глазами и волосами черными как ночь. Мужчина примерно того же возраста, как Грейдон, то есть лет тридцати с небольшим, а женщина моложе – возможно, ровесница Тоби. Одежда их, вся черная, представляла собой сочетание кожи и шерсти и была украшена немного серебром. И если одежда и удивительно правильная осанка были и сами по себе поразительны, то оба отличались еще и красотой: чуть раскосые глаза, узкие прямые носы и полные губы. Все это вместе создавало впечатление, как будто они пришли из прошлого.
В доме Грейдон заговорил с мужчиной на непонятном языке – вероятно, ланконианском: ей доводилось слышать его и раньше. Звуки зарождались в горле и выходили глубокими красивыми звуками. С каждым словом мужчины Грейдон все больше хмурился, и Тоби поняла: что-то случилось. Она стояла в сторонке и ждала, когда он объяснит, что произошло. Через некоторое время она протянула было руку, чтобы дотронуться до локтя Грейдона, пытаясь обратить на себя внимание, но женщина метнула на нее такой взгляд, что Тоби уронила руку и попятилась. У нее сложилось впечатление, что если бы она посмела прикоснуться к принцу, то эта женщина ее ударила бы.
Наконец Грейдон формально поздоровался с приезжими. Они с мужчиной сцепили руки, положив ладони на локти, и склонили головы вперед. До женщины Грейдон не дотронулся, но они улыбнулись друг другу с большой теплотой. По-видимому, все трое были очень хорошо знакомы.
Грейдон повернулся к Тоби и начал:
– Мне нужно… – но замолчал: видимо, его так переполняли чувства, что не смог закончить фразу.
– Если понадоблюсь, я снаружи, – мягко проговорила Тоби и ободряюще улыбнулась.
В ответ он посмотрел на нее с благодарностью.
