– Благодарю вас за доверие, ваше высокопревосходительство, – искренне промолвил Джилрой, – заверяю вас, что вы не пожалеете о своем решении. И, чтобы укрепить наше доверие, я хотел бы предупредить вас о том, что Великобритания уже сейчас делает все, чтобы подвигнуть Россию к войне с Германией и Австро-Венгрией, и видит победительницей только себя, в то время как России отводит роль главного поставщика «пушечного мяса» и уготовила ей долю страны побежденной, вопреки всем союзническим договоренностям…
– Откуда у вас такая чудовищная информация? – удивленно воскликнул генерал.
– Из первых рук, ваше высокопревосходительство. Месяц назад, перед отъездом в Россию я был на приеме у лорда Адмиралтейства сэра Уинстона Черчилля…
Капитан Джилрой коротко поведал об основных задачах, поставленных морским министром перед ним и его начальником, Британским военным атташе в России сэром Ноксом.
– Прежде всего, – начал свой рассказ капитан, – сэр Черчилль назвал главным врагом Британии не Германию и Австро-Венгрию, а вашу страну. При этом он много говорил о захватнических устремлениях России на Востоке. О том, что еще со времен царя Ивана IV «Грозного», более трех с половиной веков назад, предпринимались попытки поставить в зависимость от России земли, лежащие на пути в Индию, путем простого перехода тамошних владык под руку русского царя. Что еще в те давние времена интересы прирастающей новыми землями Российской империи столкнулись с интересами британской короны и с тех пор постоянно находились в жестоком противоречии. Он особо отметил, что после того как были покорены Хива, Бухара и Коканд и началось планомерное освоение Памира, Генеральный штаб российской армии поставил задачу разведать самый короткий путь в Индию, проходящий через памирские горы. После многолетнего исследования Памира российские военные и промышленники решили построить железную дорогу из Персии в Индию, по которой можно бы было перевозить не только товары, но и войска… Сэр Черчилль ознакомил меня с текстом секретной телеграммы нашего посла в Петербурге Джорджа Уильяма Бьюкенена, который писал, что «крупные российские промышленники, возглавляемые бывшим председателем Государственной думы Хомяковым, подали в правительство прошение с просьбой о государственной поддержке проекта строительства железной дороги, проходящий в пределах России через Ростов и Баку и далее следующий на Тегеран и Керман до станции Нушки индийских железных дорог. Премьер-министр Столыпин активно поддержал эту идею. Только наш верный друг статс-секретарь Коковцев выступил против. Пользуясь своим влиянием на ряд высокопоставленных чиновников российского правительства, я предпринимаю все возможные шаги для того, чтобы этот проект так и остался на бумаге…»
– Я всегда знал о расположении Коковцева к вам, англичанам, – промолвил возмущенно Самсонов, – но не до такой же степени, чтобы препятствовать строительству стратегически важной для страны железнодорожной магистрали, которая кратчайшим путем связала бы Европу с Азией. Эти его действия во благо Британии сегодня больше всего похожи на предательство, и неудивительно, что за все время своего премьерства господин Коковцев так мало уделял внимания восточным задворкам Российской империи. Большую часть моих проектов, связанных с освоением и ирригацией Туркестанского края, он, так же, как и в случае с этой железной дорогой, «положил под сукно». И только после его недавней и ожидаемой отставки мне удалось обводнить земли, которые вскоре превратятся в цветущие сады и богатейшие хлопчатники…
– Да-а, новые хлопчатники – это дело серьезное, – поддержал генерала Джилрой, – сегодня без хлопка ни одна армия не сможет воевать…
– Значит, препятствуя освоению и обводнению земель здесь, Коковцев, кроме всего прочего, лишал страну возможности производства стратегически важного сырья не только для легкой промышленности, но и для военного ведомства. А это уже прямое предательство интересов России…
– О таких, как Коковцев, друзьях Британии говорил и сэр Черчилль. Он особо отметил, что среди тех, кто симпатизирует Британии, есть не только министры, но и члены императорской фамилии, в частности, он назвал великого князя Николая Михайловича с его окружением, а также министра иностранных дел Сазонова. Он предупредил, что в России все назначения в правительстве во многом зависят от самодержца, от того, кого царь милует в настоящий момент, а кого не жалует. Как пример этому, сэр Черчилль привел случай с нашим морским агентом, пойманным русской контрразведкой. Тогда только личное расположение царя уберегло сэра Бьюкенена от грандиозного скандала, связанного с кражей важных документов русского Генерального штаба…
