Партийное собрание было назначено на 4 часа вечера. Но уже в половине четвертого у клуба стал собираться народ. Подъезжали серые от пыли машины с отделений, люди высаживались и скапливались у входа в клуб. Мужчины собирались в группы и нещадно дымили. Загорелые лица сосредоточены. Разговоры только об одном — о погоде и земле: «Почва прогрелась до восьми градусов», «Для кукурузы этого мало…», «С пшеницей надо еще пока годить…», «Вчера над Зеленым Мысом журавли летели…», «Весна ранняя, что и говорить».
Ровно в 4 часа Анатолий Стремяков открыл партийное собрание. В зале было человек 150, коммунистов же 107: собрание открытое.
Директор совхоза, а затем парторг доложили, по-моему, и без того всем ясную обстановку:
— Дождей ждать нечего. Снега мало выпало. Даже наш «пророк» Дьяков не обещает много влаги — осадков будет меньше нормы. Стоит прислушаться к словам Терентия Мальцева: «Надейся на лучшее, жди худшее».
И вот что говорили тогда хлеборобы:
— Быть строже к себе, к каждому до предела. Никакой контроль не поможет, если совесть спит.
— Или бороться, или руки вверх! У нас нет выбора. Бороться. Испробовать все свои силы — вот самая высокая мудрость.
— Ответственность огромна: год нынешний юбилейный, а «Большевик» моложе Октября всего на 14 лет. И мы не ставим так вопрос: «С нас спросится». Это мы должны спросить с себя — какой каравай мы принесем к праздничному столу.
— Главное условие соцсоревнования в честь юбилея Октября на обработке почвы — качество, на весновспашке — качество, на севе — качество, на обслуживании механизаторов (ремонт, снабжение запчастями, семенами, питание хлеборобов) — качество, это требование не только месткома, а мнение всей профсоюзной организации.
Поднимались по очереди на сцену строгие мужчины, а некоторые и прямо с места. Докладывали: «Механизаторы готовы», «Техника на ходу, хоть завтра в поле», «Общежития на станах в порядке», «Передвижные вагончики-столовые могут выехать в поле уже завтра».
— Завтра выезжаем в поле. Задача номер один — закрытие влаги.
Вера Павловна Чудинова, председатель рабочкома, предложила выступить с инициативой — начать соревнование за качественное проведение всего комплекса сельскохозяйственных работ.
Принимается решение. Стремяков обращается в зал:
— Кто за то, чтобы утвердить проект решения? Голосуют коммунисты.
Шуршащее движение рук и одежды в тишине. Молчание. Оглядываюсь назад. Голосуют «за». Все до единого. И беспартийные. Нарушение Устава партии. Парторг поправлять не стал и был, по-моему, на сто процентов прав, подводя итог: «Принято единогласно!»
— Объявляется перерыв. После перерыва коммунистов прошу зайти в зал. На повестке дня организационный вопрос.
В перерыв я вышел вместе со всеми в фойе, а вот на улицу пройти, чтобы перекурить, оказалось не очень-то просто — лил как из ведра дождь! В самом деле дождь, плотный, косой, он барабанил по крышам, по асфальту, по всей земле, куда ни глянь. Надо же, какая оказия: ведь только два часа назад на дворе было солнце, сухо и пыль клубилась за машинами!
И это стало главным событием. Спокойные и степенные всего пять минут назад, мужики вдруг пулей вылетали из клуба, стаскивали с головы картузы, подставляли их под ливень, разглаживали мокрые головы и приговаривали: «Как славно-то, ах, как славно!..» И как бы переспрашивали друг друга радостно и удивленно: «Дождь? В самом деле дождь? Ей-богу, дождь!» — подтверждали солидно старики и натягивали картузы на сырые волосы.
Возбужденные, рассаживались по местам. Когда чуть приутихли, Стремяков продолжил собрание.
— Предлагается вывести из состава партийного комитета Хохлова Григория Тимофеевича и снять его с партийного учета нашей организации в связи с переходом на другую работу.
Как оказалось, теперь уже бывшего директора совхоза Хохлова на собрании не было, он уже работал директором в соседнем, Юргомышском районе.
Проголосовали единогласно.
— В состав парткома предлагаю избрать директора Агеева Геннадия Константиновича.
Избран единогласно.
