В это время эскадрилья капитана Найденко в составе девяти истребителей вылетела с аэродрома Инютино для сопровождения и прикрытия штурмовиков Ил-2 в районе г. Белого, где вступила в тяжелый бой с шестнадцатью Ме-109 из группы (полка) III/JG27, дислоцировавшегося в районе Сычевки. В ходе боя Михаил Найденко, Николай Мирошниченко и Сергей Платов каждый сбили по самолету противника, однако пятеро истребителей не вернулись на свой аэродром.
Только на следующий день в полк поступили сведения, что в этом бою погиб адъютант эскадрильи Владимир Фокин, Сергей Платов и раненый Василий Писецкий покинули подбитые самолеты с парашютами, а Михаил Найденко и Николай Мирошниченко с пробитыми бензобаками совершили вынужденные посадки. Как записано в журнале дневника полка,
Урвачев в этот тяжелый для полка день выехал в Москву для получения нового МиГа на авиазаводе № 1 и по дороге на Ходынку на минуту заскочил к своей матери на Варшавское шоссе. В кухне коммунальной квартиры, где она жила, он увидел на плите огромный бак с кипящей водой, подумав, что это для стирки белья. Мать встретила его попреками за то, что он якобы «сбежал с войны», и поэтому, раз мужики бегут, «фабричные бабы» будут сами защищать Москву – поливать немцев кипятком, когда они придут в город. Сын успокоил ее, сказав, что отлучился «с войны» по делам на один день, и помчался на завод, который уже начал эвакуацию в Куйбышев. На следующий день он, как и обещал своей маме, на новом МиГе вернулся «на войну», до которой было всего полчаса полета:
А назавтра летчики эскадрильи старшего лейтенанта Александрова по всему району патрулирования гоняли самолеты противника, пытавшиеся прорваться к Москве, как, например, сам Николай Александров и Константин Букварев, которые от Кубинки до Звенигорода атаковали Ме-110. Показательны в этом отношении воздушные бои Николая Тараканчикова. В 8.00 он от Наро-Фоминска до Боровков атаковал Хе-111, в 14.40 вместе со Степаном Тихоновым и Григорием Федосеевым западнее Можайска вел бой с Ме-110, а в 17.00 он и Александров преследовали и атаковали Хе-111 от Наро-Фоминска до Кубинки.
19 октября в Москве было объявлено осадное положение, а накануне, пытаясь прорваться к ней, немецкая авиация предприняла массированные налеты. Отражая их, летчики 34-го полка провели 16 воздушных боев.
17 октября они патрулировали и перехватывали самолеты противника в районе Наро-Фоминска и Можайска. Воздушные бои, которые начались в полдень и шли почти непрерывно до наступления темноты, вели Николай Прокопов, Михаил Бубнов, Степан Тихонов, Николай Тараканчиков и Георгий Урвачев, дравшийся с Ме-110 в районе Апрелевки. Однако была
Следует заметить, что немецкие пилоты постоянно использовали облака, чтобы уклониться от атак перехватчиков. Как это происходило, видно из рассказа Николая Дудника о его попытке атаковать немецкий самолет-разведчик:
В трудное положение в тот день попали Николай Александров, Юрий Сельдяков и Александр Потапов. Они атаковали пару Ю-88, которые успели скрыться в облаках. Но в это время на них сверху свалились шесть Ме-110. Воздушный бой длился 20 минут,
Назавтра, 18 октября, Николай Тараканчиков уже в 7 часов утра северо-восточнее Малоярославца на высоте 3500 м атаковал Ме-110, но тот смог укрыться в облаках. А через два часа девять Ме-110 попытались штурмовать аэродром Внуково. Они были встречены Александровым, Сельдяковым, Букваревым и Прокоповым. Летчики рассеяли мессеров, однако двум из них удалось прорваться к аэродрому и нанести штурмовой удар, в результате которого на земле сгорел бомбардировщик ТБ-3.
