— Очень даже воображаем, — отвечал Бертин. — Вон там у нас будет построен Сталинград, рабочий город. Посередине большой-большой клуб и театр. Рядом техникум. Вон там будет десятилетка, а здесь больница. Совет будет построен на площади, вот тут немного влево. За горой — рудник. Руду подавать будем по штольне прямо на фабрику, вот сюда под горой около речки. Электростанция...
Какая-то птица сослепу налетела на разгоревшийся костер... Должно быть это была сова.
— Ну, а через десять лет на кого будем охотиться? Ведь тут город будет, — спросил Селиванов.
— Через десять лет тут крутом поля будут, огороды. Ведь тут только копнуть, пшеница — во. Морозы ей нипочем. А огурцы, капусту, картошку ведь вырастили же на Алдане и в Бодайбо. Здесь немного даже помягче климат будет. Что здесь будет через десять лет — уму непостижимо: поля, огороды, животноводство, курей разведем... А пока пойдемте к нам на разведку, недаром же я коней вам напоил.
И мы еще добрых три часа шли по незаметной ночью тропинке.
Но тропинки больше не было, ни речки, ни Селиванова. Была палата, было совсем светло, и Серго сидел на стуле около постели.
— Ну, молодец Очкин, — говорил он, — ловко тебя вызволил. А скверная была история ...
— А мне все тайга и рудники кажутся, все строим и строим. И что лет через десять будет у нас в промышленности — все представляется.
— Это хорошо, что будет через десять лет, но не плохо и то, что за эти годы сработали, — сказал Серго. — Огромную работу проделали по золоту, если бы описать...
И товарищ Орджоникидзе заговорил о том, что было сделано за эти годы, о том упорном терпеньи и большевистской выдержке, которую проявили работники золотой промышленности. Он вспомнил, как преодолевали первые неудачи и неуклонно шли вперед, верные заветам великого Сталина, не допуская колебаний и неуверенности в своих рядах.
Серго сказал, как хорошо было бы вспомнить и рассказать о проделанной работе, о том, как из кустарного промысла создали кузницу валютной мощи нашей страны; о стахановцах, инженерах, рабочих, старателях, у которых хватило нервов, терпенья и выдержки на эту работу.
А нервов, терпенья и выдержки нужно было не мало.
— Вот, вспомни и напиши о том, как все это было...
И еще лежа в больнице, я вспоминал и писал...
Моя жена и мои товарищи по работе помогли мне в этом.
Москва
Март 1936 г.
ТОВАРИЩ СТАЛИН — ВДОХНОВИТЕЛЬ НЕФТЯНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ — СТАЛ РУКОВОДИТЕЛЕМ ЗОЛОТОГО ДЕЛА В СССР.
ЗНАЧЕНИЕ ЗОЛОТОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В ЭКОНОМИКЕ США.
ОТКРЫТИЕ ЗОЛОТА В КАЛИФОРНИИ И ЗНАЧЕНИЕ ЭТОГО СОБЫТИЯ ДЛЯ США.
РУССКИЕ КОЛОНИИ В КАЛИФОРНИИ.
РОМАНЫ БРЕТ-ГАРТА. САТТЕР И ЕГО ИСТОРИЯ.
ПОДРОБНЫЕ ИНСТРУКЦИИ ТОВАРИЩА СТАЛИНА.
ПРИЕЗД В ПАРИЖ, ПОЛУЧЕНИЕ ВИЗЫ, НА МАЖЕСТИКЕ. ПРИЕЗД В НЬЮ-ЙОРК. С. Г. БРОН И АМТОРГ. РАЗРАБОТКА ПРОГРАММЫ МОЕЙ ПОЕЗДКИ ПО США. ПОЛУЧЕНИЕ ПИСЕМ И ИНСТРУКЦИЙ. ПРИКЛЮЧЕНИЕ В НЕВАДЕ. ОТЕЛЬ И ЕГО ХОЗЯЕВА. МАЛЬЧИКИ И СЛУЖАЩИЕ. ЗАБОТЫ ШЕРИФА ОБО МНЕ. БУТЛЕГЕРЫ И ИХ РАБОТА. ПРИЕЗД МОЙ В ДЕНВЕР. ОСМОТР ФАБРИКИ «GOLDEN CYCLE»; КОЛОРАДО СПРИНГС. ПОЕЗДКА В КРИППЛ-КРИК, ВИКТОР, ПОРТЛАНД, ВИНДИКАТОР, КРЕССОН И ДРУГИЕ РУДНЫЕ КОМПАНИИ. ОТЗЫВЫ М-РА К. В. ХЕНДЕРСОНА О РАБОТЕ В КОЛОРАДО. МНЕНИЕ М-РА АДУ И М-РА ФРЕДА ДЖОНС. ГОРОДА В ГОРАХ КОЛОРАДО: КРИППЛ-КРИК, ВИКТОР, ЛИДВИЛЬ, ДУГЛАС, САН-ЖУАН. МАТЕРИАЛЫ СЕНАТСКОЙ КОМИССИИ ПО ЗОЛОТОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ США. ПРОГРАММА РАБОТЫ ПО ВОССТАНОВЛЕНИЮ ЗОЛОТОПРОМЫШЛЕННОСТИ, ПРИНЯТАЯ НА КОНГРЕССЕ. БЮРО ОФ МАЙНС В ДЕНВЕРЕ, КОЛОРАДО И ИСТОРИЯ ЗОЛОТОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ ШТАТА.
ПИОНЕРЫ-СТАРОЖИЛЫ-ОТКРЫВАТЕЛИ. ТЕПЕРЕШНЯЯ ЖИЗНЬ НА РУДНИКЕ. БЫТ, ЖИЛИЩА. КЛУБЫ. ОБЩИЙ УРОВЕНЬ КУЛЬТУРЫ И ОБРАЗОВАНИЯ. МОЛОДЕЖЬ, ШКОЛЫ. ЦЕРКОВЬ ПРЕЖДЕ И ТЕПЕРЬ. ВРЕМЕНА ПИЛИГРИМОВ.
Вызвал меня товарищ Сталин в 1927 г. в конце лета и сказал, что нам нужно поднять золотую промышленность, которая находится в совершенно неорганизованном состоянии.
Я почти ничего не знал о золотой промышленности. Хотя кое-где в Сибири я и видел прииски и рудники, добывающие золото, однако, настоящего представления о ней я не имел. Другое дело тов. Сталин — с первых слов его чувствовалось, что о золотой промышленности он знает много. Я был этим очень удивлен. Работая в нефтяной промышленности, я и мои товарищи по работе привыкли к тому, что тов. Сталин фактически руководил нефтедобычей — он был председателем правительственной комиссии по нефти, начиная с 1920 г. Тов. Сталин указывал нам пути ее развития, и ему она обязана своим восстановлением. И вдруг — такое знание золота, совершенно другой, своеобразной отрасли промышленности, и не жидкое черное золото, а настоящее, металлическое, желтое.
Мудрый Сталин был вдохновителем нефтяного дела СССР; теперь он стал вдохновителем нашей золотой промышленности.
