В марте 1929 г. на первом иркутском совещании пришли к мысли еще крепче и надежнее объединить ряд наших работников вокруг новых задач золотой промышленности. Этой цели должен был служить наш новый журнал под названием «Золото и платина». Редактирование этого журнала поручено было тт. Перышкину Г. И. и Бухову М. С. Первый номер журнала выпустили в апреле 1929 г.
Вот что мы писали в обращении к нашим читателям: «Товарищи, мы выпускаем «Золото и платину» — это первый наш опыт. Прежний, дореволюционный журнал был узким, техническим, мы строим теперь золото- и платиновую промышленность заново и нам нужен журнал, живой журнал нового социалистического строительства, а строительство это — дело всей массы, главным образом дело мест. Ведь создают новую промышленность как раз места, вот мы и думаем, что надо создать широко-общественный журнал, в котором должны принимать участие все. Товарищи, первый выпуск — это пробный выпуск. Это наша наметка. От вас ждем ответа, какой именно журнал вы хотели бы создать в первую очередь. Давайте ваши замечания, впечатления, критику о нашей работе. Это и послужит крепкой связью между Иркутском и тайгой, между правлением и местами. Пишите же в первую очередь статьи технического характера, хозяйственного порядка. Ваши предложения пусть нашему журналу послужат организационным обменом опыта, перекличкой мест и центра. За нашу дружную работу, товарищи!»
С апреля 1929 г. журнал «Золото и платина» — теперь «Советская золотопромышленность» — выходит без перерыва.
Состав редакции почти не изменился, значительно повысилось качество журнала, увеличился его объем. Организовано при журнале издательство «Советская золотопромышленность», которое выпустило большое количество книг по золоту.
В нашем журнале есть все то новое, что имеется в западноевропейской и американской технике. Целый ряд руководящих статей дает ориентировку работникам золотой промышленности в принципиальных вопросах. Конечно, журнал работает не без недочетов, но польза, которую он приносит золотому делу, несомненно велика.
Теперь я позволю себе перейти к описанию моей поездки зимою 1929 г. на Алдан. Очень важно знать, как в то время выглядел этот важнейший наш район по золотодобыче.
На Алдан летом можно было попасть по реке, а зимою по дороге, почти тропе, от ст. Б. Невер Забайкальской дороги, теперь Амурской ж. д. Дорога от Б. Невера была плохая и абсолютно не годилась для автомобильного транспорта. Сообщение велось зимой санным путем, на верблюдах, лошадях и часто на оленях. Летом по этой дороге никакого проезда не было. Только что С. В. Кондратьев приступил к постройке шоссейной дороги, а пока приходилось с большим трудом проезжать по этому пути, добираться до Алданских приисков.
Нужно признать огромную роль в строительстве дороги т. Кондратьева Сергея Васильевича. Он был начальником строительства Алданского тракта. Пока не было Алданского тракта, на Алдан пробирались с большим трудом, в 20 дней и более: ехали на лошадях, верхом, шли пешком, шли через Большой и Малый Немныр.
Работа по постройке этого тракта длилась почти 4 года и представляла исключительные трудности. Много было вложено средств и материальных ценностей для того, чтобы сделать дорогу проезжей. Зато теперь она представляет собою хорошую автомобильную дорогу и до города Незаметного можно добраться за 18 часов на легковой машине.
Раньше зимой сообщение обыкновенно было налажено гораздо лучше, чем летом, за 4—5 дней при хорошем нажиме можно было проехать эти 720 км при условии, конечно, чтобы ехать днем и ночью, а также чтобы на каждом зимовье были выставлены свежие лошади для переупряжки. Обычно же это путешествие совершалось не с такими удобствами и длилось 10—15 дней.
В то время условия путешествия были очень тяжелые для рабочих и служащих, зимовья были плохие, негде было отдохнуть, поесть и т. д. Те зимовья, которые существовали, были переполнены, представляли собой весьма скверные здания, почти совершенно не оборудованные, полные клопов, грязи и всяких других безобразий. Народ шел главным образом пешком, некоторые присаживались на подводы и только незначительное количество пользовалось лошадьми для переездов. Эта дорога служила единственным путем в зимнее время и вся работа Алданских приисков лимитировалась этим трактом. Сообщение по водным путям в то время было еще труднее, не было мелкосидящих пароходов, реки летом сильно мелели, а пороги по реке Алдану в то время не были еще взорваны.
