— А они поступят проще. В человеках уже давно идет бро­жение из-за слухов о приходе нового мессии спасать землю. Уже давно судачат, где, кто и когда видел мальчика писаной красо­ты, который говорит умнее взрослых. И церковные генералы не упустят шанса назвать это вторым пришествием Христа, и ни­кто не заметит, что мальчика выплеснули вместе с единовери­ем. Мы очень слабо ведем пропаганду, Витя. Мы ничего не добьемся, если оставим все как есть. Настоящая свобода начи­нается с открытых выборов Бога. Вот тогда мы сможем гово­рить о раскрепощении народа.

— Ну, ты завернул, — озадачился Воливач. — Да убрать к чертовой бабушке всех попов, и дело с концом!

— Казаки на это не пойдут, — напомнил Гречаный.

— Ладно, что-нибудь придумается, — отмахнулся Воли­вач. Дебри, нарисованные Гречаным, его не манили, наобо­рот, отталкивали. Он просто не вмешивался в потуги Гречаного пропагандировать ведическую религию, считая это пустым занятием, а какому Богу поклоняться, пусть каждый выбирает сам. И помалкивает.

3 — 11

С необычным заданием Гречаного Смольников справил­ся в срок. Книжным червем он себя не считал, но добросо­вестно перерыл архивы, мемуаристику, беллетристику и подготовил записку пяти неполных листов.

— Это все? — удивленно поднял брови Гречаный. — Ма­нифест Коммунистической партии раз в двадцать больше, о Библии вообще не говорю. Я же просил тебя создать осново­полагающий документ о переходе к новой вере, — выговари­вал он, тыча пальцем в листки Манифеста новой веры.

Смольников послушно внимал, ожидая паузы для своего соло. Гречаный остановился. Подобное внимание говорило о возражениях, и он не стал уподобляться детсадовскому вос­питателю. Вспомнилось, как Бехтеренко держал в заначке изюминки к докладу.

«Учтивый какой Смольников, видать, ошарашить соби­рается...»

— В моей записке сказано, что патриархальный уклад жиз­ни казаков новой веры не примет, более того, они первые станут источником новой смуты. Такой пример в истории был — стрельцы. Стрелец — один из синонимов зашифрованного сло­ва «ратианин». Если в России слухи о втором пришествии Хрис­та перерастут в поборничество, а мы станем насаждать силой новую веру, гражданской войны не миновать.

— Вот так порадовал ты меня...

— Извините, Семен Артемович, я не закончил. Данные программных исследований показывают, что православие в течение минимум двухсот лет будет набирать силу благода­ря внешним и внутренним факторам, станет наиболее почи­таемой и агрессивной.

«Нашел я себе теоретика», — с досадой подумал Гречаный.

— Тогда скажи мне, Леонид Матвеевич, труд Судских был напрасным, а Илья Триф молол чепуху?

— Что касается Ильи Натановича Трифа, он всего лишь развенчал божественное происхождение Христа, но христи­анства как такового не отрицал. Более того, он акцентировал именно на догмате христианской веры, доказав убедительно, что оно в скором времени обретет новое рождение. Что каса­ется работы Лаптева по расшифровке внутреннего текста, это особый вопрос. Если вы располагаете временем, я вас введу в курс.

— Давай уж, — хмыкнул Гречаный. — Обедню мне ты уже испортил.

— Более тщательное исследование записок покойного Лап­тева показало, что строится расшифровка на основе теории микросенсорики. То есть к любому произведению можно по­добрать ключ. Допустим, концерт для скрипки с оркестром Мендельсона в ключе ми минор.

— А если это картина художника?

— Тогда за ключ берут преобладание одного какого-то тона.

— А литературное?

— Часто употребляемые автором слова. Вы составляете программу для поиска алгоритма, чтобы найти непосред­ственно ключ. Затем этим ключом отпираете портрет автора и что именно он оставил за рамками произведения.

— Ну-ка, не понял, — заинтересовался Гречаный. — По­втори.

— Перейдем непосредственно к Библии, чтобы понятней было, — не стал метать бисер заумный Смольников. — Для чего составлялась Библия? Чтобы доказать обоснованность божественного происхождения евреев, которых все изгоня­ют. Это Ветхий завет. Далее появляется Христос, символ обновленной еры. Для чего же он понадобился? Чтобы убе­дить людей в миролюбии этой веры. Но для чего тогда в на­чале Библии заложена еврейская Тора, а в конце — Апокалипсис? Чтобы всяк живущий не замахивался на воз­любленных Богом. Это алгоритм произведения. Но автор всег­да проговаривается о себе. Так и в Библии. Довольно сложно ответить на вопрос: если вы такие хорошие, почему вас ото­всюду гонят? Это как раз смысл произведения, его ключ. Микросенсорика позволяет путем математических преобра­зований вычленить из основного текста подтекст—его душу. Если душа больна, микросенсорика определит происхожде­ние болезни и назначит лечение. Точно так поступил Григо­рий Лаптев. Разложил текст Библии на математические составляющие, определил несостыковки — в данном случае определил скрываемые черты характера больного — и полу­чил ответ, из которого следует, что человечеству навязывают болезнь, а лечить ее надо так-то и так-то.

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги