— Ого, деда! — удивился заспанный водитель. — С этой стороны мы вас никак не ожидали. Святым духом добрались?
— И с духом тоже, — довольный новой удачей, ответил Пармен.
Внутри джипа сидело еще трое парней.
Едва Пармен расположился на заднем сиденье, водитель сообщил по рации о встрече, отключился и выжал сцепление. Джип заспешил знакомой дорогой. Опять высокие увалы вдоль укатанной дороги и ни души, только под утро похолодало крепче.
В спокойном месте Пармен намеревался поспать и заснул сразу, привалившись к плечу одного из парней. В ногах у каждого маячили автоматы: у сидевшего рядом с водителем — на коленях, у водителя — сбоку от рации. Пармен отнесся к оружию с пониманием: не на блины, чай, едут, всякое случается, пока смутное время.
— Саша, — неожиданно включилась рация. Пармен очнулся.
— Слушаю, — взял микрофон сидящий рядом с водителем.
— Саша, в районе орудуют три банды. Две как будто нацелились банки грабить, мы их пасем, а третья где-то возле вас. На дороге от Милославского обнаружили след, прошли два тяжелых джипа. Вы где сейчас ориентировочно?
— На полпути.
— Джипы прошли на рокаду, но там их нет. Думаем, они в маклаковских подлесках хоронятся.
— Что делать?
— Повнимательнее, Повадки у бандитов крутые, команды опытные. Я постоянно на связи. Об изменениях сразу сообщу, вы — тоже.
Связь прекратилась. Пармен подумал и решительно выложил:
— Я видел эти джипы.
Все, в том числе и водитель, повернули к нему головы.
— В одном поезде ехали с молодчиками. Под спортсменов косили, а в Ряжске их два джипа встречали. Они с огромными сумками, занимали три купе.
Старший сразу связался по рации:
673 |
— Наш пассажир ехал вместе с командой в поезде, человек двенадцать. С большими сумками, явно оружие везли, взрывчатку, маскировались под спортсменов.
22-Набат
— Понял, — ответили на том конце. — А дай-ка трубку пассажиру.
Пармен взял трубку.
— Скажите, а не было ли среди них маленького такого, юркого?
Пармен перебрал в памяти образы спортсменов, одноликих каких-то и топорной внешности, одинаковых. И всплыла вдруг маленькая картинка, на нее он сразу не обратил внимания: из соседнего вагона, по-кошачьи приседая, появился небольшого росточка пассажир, одетый, как те спортсмены. Тогда Пармену показалось, что он машет рукой кому-то у вокзала, теперь соединилось в одну картинку: человечек указывал на выход в город. И еще вспомнил Пармен, что ужимки его были знакомы.
— Был. И у меня был. Сыромятов некто... Или Сыроватов...
— Спасибо вам! -— откликнулась рация. — Саша, на повороте возьми с собой двоих и устрой заслончик, а водитель пусть везет пассажира на хутор. Мы здесь с рокады будем их выкуривать. Думаем, банда собирается склады взрывать, есть такая наводка. Все.
— По такому снегу? — пробормотал Пармен.
— Лыжи есть, — занятый обдумыванием приказа, ответил старший.
Пармен не проронил больше ни слова.
У поворота, который был неразличим Пармену, трое быстро выбрались наружу, достали из задника короткие лыжи- снегоступы и растворились в зыбкой предутренней темени.
— Вот, деда, какие дела, — выжал сцепление водитель. Сказал он это между прочим и взял трубку: — Ребят высадил, двигаюсь к хутору.
— Неужели все это из-за меня? — решился заговорить Пармен, — Что ж они в поезде не приставали? Присматривались будто...
— Тут что-то другое, деда. Засаду устроили, чтобы они сдуру на хутор не сунулись, а интересуются они складами, — пояснял водитель. — Диверсию готовят.
— Какие склады? — насторожился Пармен.
— Была там всякая дрянь, какой собирались воевать в третью мировую, химия. Бинары, нервно-паралитические газы...
— А как тогда Семен Артемович решился поселить мальчонку в такой близости от опасности?
— Не бойся, деда, — успокаивал водитель, и вполне уверенно. — Два года назад вывезли все тайно и тайно уничтожили. Атаман лично проследил. А по документам склады . числятся действующими. Теперь их Минобороны охраняет, а рокаду еще и казаки. Чистая работа.
— Слава Богу, — перевел дух Пармен.
Подмывало водителя рассказать приятному попутчику, что вместо складов на том месте устроен аэродром, и самолеты есть, и вертолеты в скрытых ангарах: так зачем тогда ему числиться в доверенных и проверенных? Обрывая разговор, он сказал:
— Хватит вопросов, деда. Дальше начинается военная тайна. А если бандюги сунутся туда, я им не завидую. Я так думаю, они шли на диверсию по старой наводке. Иначе с такими силами смерти на рога идти, — подытожил водитель.
Джип ровно и уверенно разматывал снежное полотно дороги. Водитель замолчал, вглядываясь вперед, а Пармен, успокоившись, прикорнул на заднем сиденье. Водитель посвоему истолковал его молчание, оглядывался мельком назад и в конце концов сказал:
— Скоро уже. С километр осталось до хуторского проселка, там развилка на три дороги. Направо пойдешь — ничего не найдешь, налево пойдешь — назад не придешь...
— А прямо? — вежливо откликнулся Пармен.
