прятал парочку. Сразу читать времени не было, а на другой день он подал рапорт...
Смольников, если он накопал что-то, говорил медленно, будто боясь спугнуть удачу, и Судских поторопил:
— Что он обнаружил? Где листки? Не тяни, Леонид!
— В тот день, когда его уволили со службы, случилось другое неприятное событие — сгорела его квартира.
— Так я и знал, — разочарованно произнес Судских. — Листки, разумеется, сгорели, и весь рассказ бывшего лектора так же интересен, как сообщение Руцкого об одиннадцати чемоданах компры.
— А Гущин сделал фотокопии листков и хранил их в папке, которая в день пожара была при нем вместе с рапортом, — довольно говорил Смольников, протягивая Судских две фотокопии.
Судских с усмешкой покачал головой. Смольников неисправим.
Он вчитался в текст. Был он очень плох, в некоторых местах не просматривался, к тому же первая фотокопия делалась с очень старого оригинала на древнеславянском языке:
«...И так он бысть знамя Великага князя Гюрги на византийского святого Георгия, какия места несть в самой Византии и безборода и копье в руце и Великий князь Василий Иванович гневаться мах велико и бороду велел рисовать и прозывать князя Гюрги быв Георгием Победоносцем. Тогда поспешали сниток делахи где бысть знамя на денгах где князь Великий на коне имея меч в руце. Князь Иван Васильевич учини в руце копье и оттоле прозваша денги копейныя и сниток поднаша княгине Софье и бысть значима довольна и древлие буквицы исчезаха вовсе».
— Ты прочел это, Леонид? — оторвался от текста Судских. — Понял, о чем речь?
369 |
—- Просветился, Игорь Петрович, — подтвердил Смольников. — Это докладная кому-то из правителей Руси о делах при дворе. Думаю, судя по стилю, от служащего церкви иерарху. Иван Третий повелел сделать оттиск для новой монеты с Георгием Победоносцем, заменив меч на копье, убрав славянский алфавит, и поднес оттиск жене своей Софье Палео- лог, племяннице последнего византийского императора Константина XI. Она была очень довольна искоренением ненавистных славянских письмен.
13 Заказ 766
— Верно, Леня, — кивнул Судских и задумался, припомнив Тишку-ангела: «Бойся красавиц, княже...». Софья была красива, умна и коварна, ненавидела все славянское, ревностно вытесняла русские обычаи и письменность.
Бойся красавиц, княже...
С ее приездом в 1472 году Русь провозглашалась преемницей павшей Византии, третьим Римом.
«Чего вдруг мы должны быть продолжателями рабовла-> дельческого государства? — часто возмущался Судских. — Не по мне молоко капитолийской волчицы!»
