Генерала поразило до глубины души, что даже дети воюют против них, а это значит, Сергей был прав, когда говорил, что можно победить режим, но невозможно победить сам народ. Вообще Генерал Калмукофф очень охотно сотрудничает и не скрывает, что это благодаря влиянию и общению с Сергеем. Генерал очень высокого мнения о нём и его способностях. Говорит, если бы у вас также как он, воевал хотя бы каждый десятый командир, мы бы до сих пор на границе стояли.
Вы представьте, товарищ генерал - лейтенант, у него запасено на болотах оружие на две механизированные дивизии. Пушки, боеприпасы, миномёты, техника, бензовозы, самолёты, танки. Я сам видел, лично! Около десятка Т-35 и порядка тридцати Т-28. Там наши лёгкие танки, немецкие танки и самоходки, топливозаправщики, машины со снарядами. Пушки немецкие и наши. И это всё в глубоком тылу. Я когда увидел, даже глазам не поверил, пошёл руками трогать. Настоящие. А он стоит и ухмыляется, у меня говорит, ещё есть. Говорит, вот освобожу несколько лагерей наших пленных и будут у немцев в тылу, две моторизованные партизанские дивизии воевать! - задумчиво кивая головой, улыбался комдив.
- Что? У этого мальчишки? Оружия, на две дивизии? Я сегодня сойду с ума, невероятно! Позовите ординарца, пусть принесёт водки. Надо выпить и отвлечься, а то я за себя не отвечаю! - поставив локти на стол и обхватив голову, простонал генерал - Обожди! А как ты сам мог видеть танки, в глубоком тылу? Когда?
- А вот это, товарищ генерал, отдельный разговор! У него, после пережитой им клинической смерти, появились некоторые способности. Например, он может сам или с группой людей, мгновенно перемещаться на неизвестное расстояние. Также он и технику собирал. Днём летали на самолёте, смотрели сверху, где стоит брошенная техника, а по ночам, он собирал её на острова посреди болота.
Думаю необходимо сообщить в Москву, лично товарищу Сталину, о его способностях и аналитических выводах! Если они верны, нужно срочно принимать меры, два миллиона пленных и погибших, мы себе позволить не можем! Он передал мне письма для товарищей Сталина, Шапошникова и Судоплатова, необходимо их доставить! - сообщил комиссар.
- Сообщим! Сегодня ещё поговорю с ним, дома. Надо же, ещё и однофамилец! - задумался генерал.
Посидев пару минут, отпустил всех, а сам подошёл к карте и стал размышлять. Минуты летели за минутами, когда он понял, парень прав, пусть не во всём, но в главном прав! Если немцы пойдут сразу на Москву, им конец. Остановить их, будет просто нечем и некому.
Резко зазвонивший телефон, вывел его из раздумий. Генерал взял трубку, представился и стал слушать. По мере поступления информации, его лицо вытягивалось, а глаза раскрывались всё шире. Наконец прокричав в трубку, что он подтверждает особые полномочия младшего лейтенанта, приказал ничего не предпринимать до его приезда, а сам бросил трубку, схватил фуражку и выбежал из комнаты.
Как только мы вышли из штабной комнаты, узнав у капитана-адъютанта, где туалет, сразу убежал туда. Облегчившись и вновь почувствовав себя человеком, вернулся и с удовольствием умял банку тушёнки с хлебом, запив кипятком с какой - то ароматной травкой.
Затем я выбрался на крыльцо, увидев рядом с забором свободную скамейку, решил посидеть на солнышке. Время около 16-00, капитан сказал, машина будет через полчаса, можно и расслабиться. Сел вытянув ноги, опустил кубанку на глаза и стал напевать песню, которую помнил ещё с пионерских лагерей. Почему то всегда, на закрытии смены, мы её пели хором, всем лагерем.
