Сама операция заняла всего полчаса. Из принесённого мною пакета, я достал специализированный одноразовый хирургический комплект, созданный в высокоразвитых мирах. Первым делом, достав из комплекта лазерный скальпель, срезал окровавленные бинты. Затем тёплой водой мы обмыли место хирургического вмешательства. в это время подключились развёрнутые во мне медицинские базы данных, которые на автомате позволяли рукам делать классические операции. Обработка аэрозольным антисептиком операционного поля; разрез лазерным скальпелем на нужную глубину; засунуть пальцы руки в разрез, покрытые специальным защитным полем, имитирующим медицинские перчатки, и полностью уничтожающее соприкоснувшуюся с ним микробную и вирусную гадость; достать пули; залить разрез специальным регенерационным гелем; стянуть края раны и залепить искусственной кожей, которая тут же стала врастать в нормальную. Вот и вся операция. Напоследок знакомый инъектор с нанороботами в ногу, чтобы полностью исключить послеоперационное осложнения, если я где то накосячил, которые автоматически выведутся из организма через два дня. Сверху, для маскировки, намотал обыкновенный марлевый бинт.
Пригрозил, ошалевшему от увиденного Лешему кулаком, и предупредил, что если он кому ни будь, когда ни будь об увиденном сегодня расскажет, то приду лично, и вырву с корнем язык, а обратно пришить забуду. Дождавшись, когда у пациента нормализуется температура и, проверив при помощи Лисы, что заживление идет успешно, привел в чувство дядю Юру, предложив слезть со стола, ведь негоже валяться выздоравливающему больному на той мебели, сидя за которой, нормальные люди обычно обедают. На его вопрос, как всё прошло, подарил две извлечённые, пули на память. Как его лечащий врач, ходить, не напрягаясь, разрешаю, а вот снимать повязку, в течение нескольких дней нет. Вопросы ко мне, у моего пациента копились, но он мне их не задавал, понимая, что я шиш на них честно отвечу.
Мужики сели вечерять, а я дипломатично отказался, сославшись на то, что я девушка, следящая за своей фигурой и поэтому после шести вечера, нечего пожевать на ночь глядя, себе любимой, не позволяю, как бы не хотелось. В соседней маленькой комнатке, через дверь от общей горницы, стояла настоящая никелированная кровать с шишечками, застеленная по старинке лоскутным одеялом, с горой подушек, которую разобрали и предложили мне на ней устраиваться на ночлег, предупредив, что все удобства на улице. Ну, нам не привыкать. Мне очень хотелось, с настоящими мужиками поседеть за столом, но я понимал, что в таком виде, буду их только стеснять, а они давно не виделись, и им есть что обсудить, без моих женских лишних ушей.
Утром проснулся уже засветло, в девять часов. Оделся и вышел в горницу, где за столом продолжали сидеть мои новые знакомые, как видно проговорив всю ночь, и не став меня будить, терпеливо ожидая, когда гостья сама проснётся. Поинтересовался у дяди Юры, как его нога, на что он с удивлением ответил:
— Уже совсем не болит, а только, почему то страшно чешется. Если бы не две автоматные пули, лежащие в моём пустом стакане, из под водки, на столе, то некогда бы сам не поверил, что был ранен. Может всё же ты поделишься со мной секретом, как тебе это удалось сделать? А то твой хирургический ассистент Леший, молчит как партизан на допросе, и на наводящие вопросы только мычит, как будто у него языка нет.
Сославшись на врачебную тайну, и уйдя от ответа, я заявил, что прямо сейчас, собираюсь ехать дальше до Дивногорска, на попутной машине. Как не уговаривал Леший нас еще погостить, Дед сказал, что его тоже сегодня ожидают в гости друзья, и если он задержится в дороге, то они будут о нем очень волноваться. Поэтому он едет со мной до Дивногорска, а там до Красноярска, всего нечего, рукой подать. От завтрака мы отказались, и в новой одёжке: я от лучших мировых производителей джинсов, а мой напарник, от щедрости хозяина, который дал поносить ему свои старые штаны, налегке, ни у него, ни у меня, в руках ничего не было, направились в сторону трассы. На предложение Лешего проводить нас до дороги, так как здесь специально всё запутанно, Алиса справедливо заметила, что ночью на машине не заблудилась, а теперь, средь бела дня и подавно не будет плутать. Мужики опять молча переглянулись, но данный факт комментировать не стали.
