Как же это всё было не похоже на то, как я собирался со своими близкими, в прошлой жизни на курорт. Два огромных, упакованных с вечера контейнера на колёсиках, носящих, по недоразумению название чемодан, набитых до максимального придела, при том, что в них мои вещи составляют около пяти процентов общего объёма, посреди ночи подвергаются экстренному вскрытию и потрошению женской частью моей семьи, на предмет: не забыта ли то единственное платье и любимая юбка, из огромного их количества находящихся в шкафу, в которых, мои дамы хотели бы покрасоваться на набережной, вместе со мной. В результате: испорченная ночь, нервный день и как вишенка на торте, отсутствие на курорте половины моих вещей, которые я лично упаковывал.
Ход моих воспоминаний нарушила Блонда, которая постучавшись, зашла в спальню и, сделав книксен, произнесла:
— Леди Мария приказала, мне помочь Вам, Ваше Высочество, выбрать платье и одеться к завтраку.
— Блонда, что это, опять, за утренние приколы с титулами? И вообще, после завтрака мы будем собираться в дорогу. Там же сразу и переоденусь. В пижаме мне находиться удобней, ну а завтракать, тем более.
— Это прямое указание леди Марии. Вас будут готовить к вступлению в высшее общество, и поэтому, на людях, к вам все будут обращаться, Ваше Высочество. Ну а Вы должны называть Марию с приставкой леди. Это распоряжение леди Марии будет действовать до окончания вашего отпуска, в течение которого, вы будете подробно изучать этикет и правила поведения. А теперь давайте, Ваше Высочество, немного поторопимся, Вас ожидает завтрак, а затем дорога в аэропорт, где вас уже дожидается самолёт, готовый к взлёту по первой команде.
— Спасибо тебе за информацию, милая Блонда. Действительно, заставлять ждать себя людей, это не по-королевски. Точность — вежливость Королей.
Мария снова начинает чудить. Всё ей неймётся, всё хочется ей меня влить в соусник со сливками общества и поболтать в нём ложечкой, и поэтому я всё с большей надеждой и нетерпением ожидаю своих первых месячных, как та впервые залетевшая школьница, которая пытается понять, насколько далеко, она успела залететь. К тому же у меня начали появляться подозрения, о том, что мои утренние танцульки, с представлением королевского бала, неспроста, а есть результат направленного на меня воздействия супостата, с которым моя милая младшая сестрёнка Лиса, в сговоре, и покрывает его, толкая дезу мне, прямо в мозг.
Блонда не лезла, ко мне, со своими рекомендациями, и поэтому я выбрал самое простенькое платьице в своем розовом шкафу. Было интересно наблюдать, как Блонда меня одевает, словно девочку несмышленыша из детского сада, самой младшей группы. Выбранную мной в шкафу обувь, обыкновенные босоножки, без каблуков, я надел без помощи Блонды, сам, и мы, я впереди а горничная, позади, чуть справа, пошли в столовую. Современные молодёжные платья и обувь, были практичны и удобны и они даже стали мне нравиться, не вызывая прежнего отторжения. Видно потому, что знакомство с женскими нарядами, я начал с красивой, как новогодняя ёлка, но длинной и неудобной в использовании одежды. И уже входя в столовую, поймал себя на мысли о том, что став девушкой, за все это время, я ни разу, не застелил свою постель, не прибрался, наведя порядок в своей спальне. Всю работу делали за меня, и поэтому, ой, как не просто будет мне, возвращаться к привычной жизни в своей общаге.
В столовой меня ожидал накрытый стол, около него стояла Мария, в строгом черном платье, ниже колен, а за ней Кассандра и Рыжик в платьях горничных, но тоже длинных. После того, как я вошёл в столовую, вся эта тройка дружно сделала книксен и в один голос почти пропела:
— С добрым утром Ваше Высочество!
Начиналась новая картина марлезонского балета, устроенного мне Марией, чтоб у неё все контакты электромагнитных реле в голове позалипали.
— Мария, давай отложим эту процедуру до Сочи, и тем более, наедине, без окружающих людей, ты обещала, что можно общаться по-старому.
— Вы, Ваше Высочество, забыли добавить слово леди перед Марией, а во вторых не считаете, наших горничных за людей, а держите их за тупых роботов?
Тут я понял, что сказал очередную глупость. Язык мой — враг мой. Ну, нет во мне, аристократического или дипломатического образования, позволяющего взвешивать каждое слово. Все киборги, нашей боевой тройки, стояли тесной группой, и поэтому, подойдя к ним, я смог обнять всех сразу, после чего, поцеловал каждую в щечку и произнёс:
— Девочки, дорогие, простите меня, старого дурака! Совсем деменция пенсионера замучила! Теперь же, я всё осознал и чем смогу, заглажу свою огромную вину перед вами. Как только соберусь в командировку за границу, заказывайте, что душе угодно. Привезу для вас любые фирменные запчасти, на выбор.
Это были не роботы, а искины. Существа равные людям, а может быть даже превосходящие их. Они поняли мою извинительную речь, восприняв юмор, как воспринял бы человек и дружно, показав, что извинение принято, улыбнулись в ответ.
